— Потому что я хоть пока и Наследник, но мне моя задница дорога в совершенно неповрежденном состоянии. И если за обычную девчонку я влезать в международный скандал права не имел, то за освобождение маг-офицера, одного из двух, владеющих секретом постановки защиты от аномалии, меня если не наградят, то уж не разжалуют точно.
— Ну, ты жук!
— С кем поведешься, — усмехнулся тот.
— Стрежень, — Рагнар посмотрел на своего ватамана, — хабар проверили?
— А то ж! — осклабился тот.
— Тогда давайте, уводите детей, грузите самое ценное и валим.
— Но… — возмущенно заикнулся Лодброк.
— Команда в доле, — услышавшие это участвовавшие в десанте матросы из команды «Сокола» радостно загудели.
— Ай, да ну тебя! — махнул рукой Олег, — я у себя в каюте буду. Как закончите, скажешь. А вы что тут топчетесь? — сорвался он на своих, — быстро детьми занялись! И помогите людям ярла, а то до ночи тут проваландаемся!
Великий князь был в ярости. Его глаза пылали янтарным огнем, зрачки вытянулись, как у зверя. Бледный как смерть Олег, сжавшись и опустив взгляд, молча стоял рядом со мной. Звериная сущность — сила и слабость Лодброков не позволяла ему посмотреть в глаза отцу. Только не сейчас. Сейчас, когда Ингваром руководят инстинкты, такой взгляд будет воспринят однозначно, как вызов.
Кабинет казался темным от переполнявшей его тяжелой, давящей ауры.
— Вы понимаете, что натворили⁈ — низко на грани инфразвука рычал князь, каждое слово с неприятным зудом ввинчивалось в мозг. — Захват эребского судна! Под их флагом! Вы толкаете Княжество к еще одной войне! На юге мы и так по горло в дерьме с имперскими шакалами, а вы решили добавить к ним эребов? Я планировал весной раздавить ренегатов, отбить наши земли, а теперь мне придется тушить пожар, который вы развели, и держать резервы, опасаясь удара с запада!
Я спокойно посмотрел ему в глаза. Моя собственная сила клокотала внутри, готовая вырваться. Я знал, что он готов броситься на меня или отдать приказ арестовать. И знал, что он не сделает этого. Как зверь, он чувствовал мою силу. А как политик понимал, что Пограничье без меня уйдет из-под контроля, и вернуть его будет не так уж просто, если вообще возможно.
— Если Княжество позволяет вывозить детей, как скот, на потеху эребским ублюдкам, оно не стоит того, чтобы за него драться, — мой голос был холодным, но внутри все кипело. — Хочешь мира? Падай на колени перед Никифором. Или перед эребами. Но я не буду смотреть, как наших детей продают, как овец. Двенадцать! Двенадцать человек только на одном судне. И капитан имел наглость угрожать нам!
Ингвар шагнул ко мне, его аура ударила, как таран. Я почувствовал, как кости трещат, но не отступил. Олег попытался дернутся, но я поднял руку, останавливая его.
— А может быть, начнем продавать людей культистам, князь? Эрлик за жертвы обещает силу. Можно будет сразу закончить войну. Готов ты заплатить такую цену? — жестко бросил я князю в лицо.
Ингвар замер. Его лицо перекосилось от ярости. И огромное дубовое кресло, подхваченное медвежьей лапой, полетело в стену. Во все стороны брызнула щепа и осколки декоративной панели.
— Вон! — захрипел он, на губах выступила пена. — Пошли вон! — Великий князь тяжело, вразвалку подошел к столу и, схватив графин, присосался к горлышку. Струи воды потекли по аккуратно постриженной бороде.
Я пожал плечами и направился к двери. Олег, крадучись, не поднимая головы, поспешил за мной.
— Стоять! — окликнул нас князь, уже спокойным голосом. Я обернулся. Наследник просто замер. — Через час я собираю совет, чтобы оба были на нем. Поговорим и об эребах и о культистах.
— Не забудь пригласить Радомира.
— Жреца? — удивленно просипел он сорванным от рыка голосом, — зачем? Жречество не лезет в политику!
— Ты собираешься бороться с культом без жречества? — пожал я плечами.
Ингвар несколько раз тяжело вздохнул, успокаиваясь.
— Хорошо, — процедил он. — Радомир будет. Но, Рагнар, если ты снова выкинешь что-то подобное, я найду способ. Даже если придется выжечь Пограничье дотла, — он уставился в меня взбешенным взглядом.
Я не стал отводить глаза. Это Олега можно так подавить — у него инстинкты, вызванные родовой способностью. А для меня Ингвар просто оборотень. Невероятно мощный, магически одаренный, что у подобных Лодброкам редкость, но не более того.
— Я буду защищать своих людей в любом месте, любыми способами, нравиться это кому-то или нет.
— Только такой безумец, как ты, будет дразнить медведя в его берлоге, — на удивление спокойно буркнул Ингвар, — уйдите с глаз моих долой, — он махнул рукой и отвернулся, показывая, что аудиенция закончена.
— Зачем⁈ — выдохнул Олег, едва мы оказались за дверью.
— Что зачем? — не понял я его, погруженный в мысли о культе.
— Зачем ты дразнишь его?
— А ты знаешь другой способ остановить разъяренного медведя, кроме как показать, что ты намного сильнее его?
— Но… — он изумленно обернулся на дверь, потом посмотрел на меня.
