— Позавчера был убит князь Воронцов, из младшей ветви Вороновых, присягнувших ярлу Пограничья, — Ингвар, вскинув брови, посмотрел на меня, но промолчал, — больше известный как Фроди — Старый Ворон. Бывший весьма успешный ватаман ушкуйников, потом глава Гильдии вольных охотников в Пограничье. До появления Рагнара возглавлял силы сопротивления имперцам. Его с двумя телохранителями нашли со следами пыток и выжженными глазами в портовых трущобах. Жуткое зрелище, — покачал головой Юрий Мстиславович.
— Что интересно, такие же трупы в последние годы стали появляться в Империи и Эребском Союзе. Ходят слухи, что ритуальные убийства докатились до дворца Императора Никифора…
— Ритуальные убийства? — нахмурился жрец.
— Да, — кивнул Лобанов, — есть основания полагать, что это может быть культ Эрлика. Но доказательств, что у нас, что у наших коллег в Империи и Союзе мало — в основном слухи и домыслы. Культисты действуют весьма скрытно. Имперский сыск предполагает, что они имеют поддержку среди определенной части аристократии. Но никакой конкретики у них нет. В Княжестве до убийства князя Воронцова проявлений культа не регистрировалось. Но похожие убийства имели место. В Новгороде, Вятке, Алаборге, Смоленске… Связать их с какими-либо религиозными течениями в ходе следствия не удалось. В свете новых данных, мной дано распоряжение объединить старые дела с делом об убийстве князя Воронцова.
— Почему вы решили, что это культ Эрлика, а не сведения личных счетов.
— Были свидетели, — Лобанов кинул на меня быстрый взгляд — ушедшие на покой ватаманы Рябой и Корень. С ними Старый Ворон встречался в день убийства.
Ингвар побарабанил пальцами по столу:
— Странно. Воронцов убит, а эти живы. Считаю их надо допросить с пристрастием. Чтобы убедится, что они ничего не скрывают.
— Никак не получится, — покачал головой Лобанов. — Они умерли после разговора с ярлом Рагнаром.
— Раевский, опять ты⁈ Как это понимать⁈ — радужка Великого князя опять начала желтеть.
— У меня не было выбора, — пожал я плечами, — или они называют имя убийцы и умирают, или остаются живы, но никому ничего не рассказывают.
— Почему?
— Рябого и Корня нашли в порту, — вмешался Юрий Мстиславович, — в состоянии кататонии. Лекари считали, что им выжгли мозг.
Ингвар недоверчиво покачал головой, а вот Радомир вздрогнул.
— Как интересно, — протянул Великий князь, — мозг выжжен, а вот с нашим загадочным ярлом эти безмозглые пообщаться смогли.
— У меня есть свои методы, — пожал я плечами.
— И ты, конечно, с нами ими не поделишься, — явно ерничая посмотрел на меня Великий князь.
— Конечно, нет, — я посмотрел ему прямо в глаза, — тайна рода.
— Я уже начинаю жалеть, что даровал тебе боярство и право основать свой род.
— Это легко исправить, Великий князь, – я слегка склонил голову, — забирайте Пограничье, выплачивайте мне причитающееся за артефакты, переданные вам и потраченные на освобождение земель Княжества, и я уйду. Со своими людьми.
— Вот это видел⁈ — Ингвар скрутил волосатыми пальцами кукиш и ткнул в меня, нависнув над столом: — Наворотил дел и в кусты? Что ты узнал и почему именно культ Эрлика?
— Последнее, что видели старые ватаманы — человек в черно-синем балахоне и рогатой маске с огромными черными усами.
— Это точно последователи Эрлика! — подтвердил мои слова Радомир.
— Да кто такой этот Эрлик, демоны его забери⁈ И что за культ⁈ — вспылил Ингвар.
Радомир поднял взгляд. Его лицо было напряжённым, глаза горели злостью и страхом, как у человека, который узнал, что его дом подожгли:
— Древний Бог тьмы. Когда-то Эрлик был обычным богом смерти, пока не случилась Великая катастрофа. Тогда его жрецы, впав в кровавое безумие, начали фанатично резать людей, принося их в жертву своему Богу. Они утверждали, что аномалия — это гнев Эрлика, вызванный человеческой гордыней. На обломках двух Империй, в том хаосе, что тогда творился, они нашли толпы последователей, особенно среди степняков и народов востока Эллинской Империи. Кровь лилась рекой, алтари строили прямо в городах. Такое положение дел не устраивало никого. Жрецов Эрлика начали уничтожать, выжигая эту заразу где только можно. До недавнего времени культ считался исчезнувшим. Теперь, оказывается, кто-то возродил древнее зло, и они снова режут людей. А мы гадаем, почему Боги гневаются.
Ага, гневаются они! Если я делаю правильные выводы — высшие напуганы до усрачки.
Я посмотрел на Радомира:
— Я думаю Эрлик уже не просто темный Бог.
— А кто? — вперил в меня свои недовольные буркалы старик.
— Есть вероятность, что он начал перерождаться в инфернальную сущность.
Лицо Радомира посерело:
— Ты уверен? — сипло выдохнул он.
— Нет, — покачал я головой, — но… Пытки… Жертвы через боль… Кровавые ритуалы по всему миру… Они готовят его перерождение.
Старик ударил кулаком по столу и грязно выругался.
— О чем вы, тролли вас разорви⁈ — вызверился Ингвар.
