И н ш а л л а х. А зачем приезжает комиссия?
Т у м а д ж е в. С проверкой.
И н ш а л л а х. В колхозе все в полном порядке.
Т у м а д ж е в. В таком большом хозяйстве всегда найдутся пробелы. Западная зона, хлопок, виноград, мало ли что…
И н ш а л л а х. Если ничего не найдут, худо тебе придется, Тумаджев.
Т у м а д ж е в. Упавшему в реку дождь не страшен. Раньше у меня могли отнять должность, а теперь и отнимать нечего.
С а м а н д а р. Я предлагаю поднять бокалы за нашу сестрицу Диляфруз, нежную, скромную, трудолюбивую, красноречивую!
Т у м а д ж е в. Чтоб ее красноречие сгорело!
И н ш а л л а х. Поздравляю, теперь, может быть, из-за сестрицы Диляфруз и перепадет какая-нибудь должность нашему бывшему председателю.
С а м а н д а р. Поднимайте бокалы, выпьем за товарища Тумаджева. Иншаллах, пей.
И н ш а л л а х. Нет.
С а м а н д а р. Ты и вправду, оказывается, мужчина. Есть предложение выпить этот тост за мужество Иншаллаха. Где найти такого щедрого, нежного, смелого, храброго, красноречивого, доброго человека? Выпьем! Эй, туш!
Т у м а д ж е в. С одним условием: пусть и он выпьет за это.
Живи, слава тебе! Сейчас еще нальем!
И н ш а л л а х
С а м а н д а р. Ну и герой…
Т у м а д ж е в. Пей, потом будешь жалеть.
И н ш а л л а х. Брат Тумадж, не буду пить, даже если лопнешь — не буду. Назло тебе не буду пить.
С а м а н д а р. Что это за демагог, который все всегда узнает?
Т у м а д ж е в. Неужели не догадываешься, что это шофер Фархад.
С а м а н д а р. Этот громкоговоритель?
Т у м а д ж е в. Он самый.
С а м а н д а р. С ним что-то надо сделать, безнаказанным оставлять его нельзя.
Т у м а д ж е в. Он собирается поступить в институт. Надо послать парочку писем… А еще лучше, поезжайте сами и тоже участвуйте в конкурсных экзаменах…
С а м а н д а р. На экзаменах мы сами провалимся.
Т у м а д ж е в. Но провалите и его.
И с к а н д е р. В республике тринадцать институтов, откуда вы узнаете, куда он собирается поступать?
Т у м а д ж е в. Во всяком случае, писать надо во все тринадцать. Руководство институтов срежет его обязательно, чтобы в будущем их не таскали по разным инстанциям.
С а м а н д а р. Да, брат Тумадж, голова у тебя, как говорится, варит, куда нам до тебя… Ладно, громкоговоритель, если я не организую против тебя целую тонну анонимок, пусть мне не пойдет впрок все выпитое за этим столом.
И н ш а л л а х. Сильны, не дай бог попасть под ваше перо!
И с к а н д е р. Не зря люди получают образование.
И н ш а л л а х. Чайханщик, принеси, пожалуйста, стакан чая.
М у ж ч и н ы. Пах, пах, Иншаллах пьет чай!
С а м а н д а р. Эй, Геюш, ты куда собрался?
Г е ю ш. Прощайте, мужчины, я еду в Мартуни.
С а м а н д а р. Это надо отметить, пожелать тебе доброго пути.
Г е ю ш. Нет, я спешу.
С а м а н д а р. Мы на минутку, выпей здесь грамм сто, а закусишь в Мартуни шашлыком из свинины.
Г е ю ш
С а м а н д а р. Поднимем бокалы за нашего смелого, мужественного, доброго, чистого Геюша, не боящегося взяться за незнакомое дело, оставляющего нас в слезах. Эй, туш!
А л и й я. По-моему, ты задержался… (Выливает водку, ставит пустой стакан на стол.) Ты едешь в Мартуни?
Г е ю ш. Вот, уезжаю… Да…
А л и й я. Возвращайся скорей!
Г е ю ш. Одна нога здесь, другая там!
А л и й я. Только не спеши, разузнай там все поподробнее.
Г е ю ш. Хорошо. До свидания.
