Уличное протестное движение болотной оппозиции, постепенно затухая, продолжалось примерно до сентября 2012 года, когда на последнем, кажется, Марше миллионов случились потасовки между националистами и анархистами, до того в течение почти года терпевшими друг друга… В октябре прошли выборы в Координационный совет оппозиции, которые не вызвали большого интереса. Скорее всего потому, что незадолго до них был показан фильм «Анатомия протеста 2», в котором оказалась съёмка переговоров некоторых лидеров оппозиции с иностранными господами, планирование беспорядков, разговор о деньгах… Возникли подозрения, что съёмка сфальсифицирована, но так или иначе доверие к болотной оппозиции было окончательно подорвано. Год митингов и шествий, а результата никакого, к тому же вот нечто вроде бизнеса из протеста делают… Вдобавок несколько десятков человек были лишены свободы за свои действия – остальных пугала возможность пополнить их количество…
Малая же часть оппозиции, та, что в своё время осталась на площади Революции (назовём её
В общем-то, несмотря на формальное существование оппозиционных сил, которые даже пытались координировать свои действия, власти удалось затушить то пламя, что вспыхнуло в декабре 2011-го. Впрочем, угроза новых вспышек сохранялась. Например, в июле 2013 года в Москве и некоторых других городах прошли «народные сходы» против ареста Алексея Навального. В Москве этот сход прошёл очень бурно. Или беспорядки в московском районе Бирюлёво после убийства местного жителя Егора Щербакова, в котором подозревали мигранта из Закавказья…
Да, искры появлялись, и российской власти нужно было быть начеку. Но тут в столице соседнего государства – Киеве – начался очередной майдан, в марте 2014 года переросший по одним оценкам в революцию, а по другим – в государственный переворот. В ответ на это Крым попросился присоединить его к России (просьба была очень быстро удовлетворена), несколько областей Украины тоже выразили желание присоединиться к России или же стать независимыми. В большинстве регионов эти настроения киевским властям удалось подавить, но Донецкая и Луганская области не подчинились, и теперь там идёт настоящая война…
События на Украине коренным образом перетряхнули оппозиционные силы (жидкие, правда) в России. Российские националисты на первых порах поддержали победу майдана, увидев в нём национальную революцию, но после
Конечно, присоединение Крыма, это событие поистине эпохальное. Можно приводить множество оговорок, копаться в деталях, но тем не менее… Севастополь, Ялта, Керчь, Коктебель, могила Юлии Друниной и домик Александра Грина в Старом Крыму, Бахчисарайский фонтан, полотна Айвазовского снова российские… По мнению очень и очень многих, Крымом Путин искупил все свои грехи, оправдал все так долго несбывавшиеся надежды.
И можно понять недавних непримиримых оппозиционеров, а среди них большинство государственники, которые уже не один месяц повторяют: «Путин-Путин-Путин». Поначалу они ждали и присоединения Юго-Востока (Украины), требовали даже, слегка грозились, но не разозлились на нацлидера, когда этого (пока?) не последовало.
Довольствоваться малыми уступками, предпочитать поэтапные изменения, а не коренные и решительные, ждать перемен от власти, а не расшевеливать массы, вот характерные черты русского либерала. И эти черты мы наблюдаем сегодня у тех, кто ещё недавно открыто выражал свои революционные взгляды. «Никаких переговоров с властью! – заклинали они. – Революция!»
Впрочем, этакие метаморфозы не новы в России. Александр Иванович Герцен хоть и не был абсолютным революционером, не лез на баррикады (в отличие, например, от Бакунина), но с самодержавием боролся не на жизнь, а на смерть. Но и он иногда поддавался надеждам на то, что царь преобразится или появится новый хороший и сделает хорошие дела.
