По щелчку полностью

Я почувствовала, как его взгляд пронизывает меня насквозь и пробирает до мурашек. И только сейчас осознала, что он и был тем самым человеком, которого я искала. Как будто все пути, с самого начала, вели меня именно к нему.

– И что ты собиралась делать дальше? – спросил Тео, вытирая влагу с моих щёк. – Какой у тебя был план?

– Посадить его, – ответила я, сжав кулаки. На самом деле я хотела уничтожить и растоптать его в пыль вместе с отцом, но не собиралась признаваться Тео в этом. Моя душа станет спокойна, даже если ДиЛаурентис-младший просто окажется за решёткой. – Я не единственная, с кем он обошёлся подобным образом и до сих пор остался безнаказанным. Одну девушку я даже знаю лично, но она отказывается говорить о нём. Я опасалась копать под него дальше в одиночку. А когда увидела его на вечере три дня назад, поняла, как на самом деле боюсь его и того, что он может сделать со мной, если захочет.

– Он больше ничего тебе не сделает, – прорычал Тео, сжав мои ладони. – Я не позволю. Ты никогда больше не увидишь этого подонка, можешь мне поверить.

– Тео, не лезь в это, пожалуйста, – взмолилась я. – Уверена, ты можешь помочь мне, но я не хочу, чтобы из-за меня вновь пострадали невинные люди, и особенно – близкие люди.

– Я не пострадаю. Никто больше не пострадает, кроме ДиЛаурентиса. И его папаши.

– Как же ты не понимаешь, они адвокаты, Тео! При всём желании мы не сможем им ничего сделать.

– При всём желании – сможем, – упрямо заявил он. – Ты искала связи – ты их нашла. Это больше не твоя проблема. К тому же у меня с Оскаром свои счёты.

– Откуда ты его знаешь?

– Его перевели к нам в Гарвард после Рождества из-за какой-то мутной истории. Я тогда учился на третьем курсе, а он – на втором.

Я знала, что после смерти матери Оскара – Линды – они с отцом перебрались в Бостон. Но мне даже в голову не приходило, что он мог учиться в Гарварде в одно время с Тео. Я лишь знала, что после выпуска из университета он устроился в фирму своего отца и стал адвокатом по уголовным делам.

– Мерзкий тип. На вечеринках он постоянно спаивал девчонок и… – Тео вздохнул и потёр лицо руками. – Боже, какой же он ублюдок.

Я сглотнула.

– Страшно представить количество… запуганных им девушек. Не понимаю, зачем он это делает? У него же есть буквально всё.

– Потому что он грёбаный насильник с манией величия, Ханна. У таких мразей нет никаких принципов.

– На вечере он сказал, что снова может подпортить жизнь твоим друзьям или семье. Что он сделал вам?

– Мою семью он не трогал, однажды подставил моего хорошего друга. Но моя история не идёт ни в какое сравнение с твоей. – Тео взял мои руки и нежно поцеловал костяшки пальцев. – Я это так не оставлю, детка.

– Нет, Тео. – Я помотала головой. – Я до одури боюсь, что он как-нибудь навредит тебе. Я не хочу…

– Не бойся. – Тео чмокнул меня в губы, прерывая мой страх, а затем, удерживая мой взгляд, добавил: – Он не сможет навредить мне. А если попробует – пожалеет.

– Позволь мне хотя бы помочь тебе, – не успокоилась я. – Я поговорю с Эриком. Мы сможем придать его поступки огласке. Главное – найти улики и…

– Я сказал – нет, – отрезал он. – И не вздумай обращаться к Линдману, он тебе не друг. – Его голос смягчился, и он обхватил моё лицо ладонями. – Забудь о ДиЛаурентисе, детка, и живи дальше. Отпусти смерть родителей. Отпусти свою вину.

– Не могу, – прошептала я, и глаза вновь наполнились слезами. – Я не послушала их, сказала такие ужасные вещи. Если бы я не сбежала, они были бы живы сейчас…

– Ханна, если бы ДиЛаурентис не оказался конченым ублюдком, всё было бы иначе. Это была бы обычная тусовка с друзьями: смех, поцелуи, перебор пунша, пьяный секс. – Тео поморщился, будто ему было неприятно даже думать об этом. – Нормальный парень не стал бы тебя использовать. Никогда. Ты была подростком, уставшим от опеки родителей. Тебе просто, чёрт возьми, не повезло. – Он прижал меня к себе, его голос стал спокойным и мягким: – Я понимаю, что мои слова не сотрут твоё горе, но ты не могла предотвратить то, что случилось. Так же, как я не знал, что слышу голос отца в последний раз, когда сказал ему, что он больше меня не увидит. – Тео стиснул зубы. – Я слышал, как в него врезалась та чёртова машина. И прекрасно понимаю, как нелегко жить с этим.

– О, Тео, – прошептала я, прижав пальцы к губам. – Мне жаль. Я не знала.

– Никто не знал, что так случится. Жизнь – дерьмовая штука, и иногда она выбрасывает нас в такую грязь, что мы долго не можем отмыться. – Тео мягко убрал мои волосы за уши и заглянул в глаза. – Перестань накручивать себя. Если продолжишь – это сожрёт тебя изнутри и сведёт с ума. Твои родители сейчас в лучшем мире, и я уверен, они хотели бы покоя и счастья для своей единственной дочки. Ты не виновата в их смерти. Та авария – просто грёбаный несчастный случай. Слышишь?

Я лишь кивнула в ответ, сжимая челюсти.

– Пообещай, что выберешься из этого состояния.

– Я… я постараюсь.

– Нет, Ханна – пообещай.

– Обещаю.

– Умница.