По щелчку полностью

Тишина, резко воцарившаяся в кабинете после его слов, показалась мне оглушающей.

Я не видела смысла объяснять ему, что у меня всё было под контролем. Маршалл нихрена бы не понял, потому что с его вершины мир был чёрно-белым: его слово – закон, а все остальные мнения не имели значения.

– Нет, мне не нравится, – прорычала я и обречённо заключила: – Теперь весь чёртов офис думает, что я с тобой… трахаюсь.

И все будут считать, что ты подстилка. Такая же, как Кортни.

– Тебя не должно волновать, что думают другие, – раздражённо отозвался Тео и шагнул ко мне. – К тому же это правда. Так пусть знают, что ты моя.

– Нет. – Я затрясла головой. – Нет, нельзя. Ты не понимаешь…

– Почему? – Он медленно склонился ко мне, и холод в его голосе заставил меня поёжиться. – Боишься, что фотограф узнает? Ты спала с ним?

Я замерла от внезапной смены темы разговора.

– Какое это имеет значение?

Тео вдруг схватил меня за плечи и резко толкнул к столу. Я судорожно выдохнула, когда мои ягодицы упёрлись в острый край, и испуганно вскинула голову.

В этот момент Тео навис надо мной и рявкнул прямо в лицо:

– Просто ответь, мать твою! Трахалась или нет?

– Один раз. Два года назад.

Маршалл сжал челюсти и глубоко вдохнул, затем коротко кивнул. Он казался спокойным, но это спокойствие ощущалось зловеще.

– Запомни, Ханна, – его голос стал низким, почти рычащим, – теперь ты – только моя. Если я узнаю, что ты изменяешь мне с ним, я уничтожу его. – Он окинул меня ледяным взглядом, на щетинистой щеке дёрнулся мускул. – Любого, кто хоть пальцем коснётся тебя.

Мне хотелось съёжиться, защититься от его взгляда, но вместо этого я вздёрнула подбородок и посмотрела ему прямо в глаза.

– А ты? – Мой голос был хриплым, а сердце в груди колотилось так сильно, будто хотело покинуть тело и спрятаться куда-нибудь подальше. – Ты – только мой? Или у тебя есть ещё кто-то, к кому ты поедешь, когда я надоем тебе?

– У меня больше никого нет.

– Это не ответ…

Одним резким движением Тео развернул меня лицом к столу, заставляя замолчать. Его рука проникла под пояс моих брюк и скользнула вниз.

– С этого момента так могу делать только я, – прошептал он, коснувшись меня между ног.

– Не смей, – выдохнула я, хватаясь за его предплечье, но он лишь сильнее надавил кончиками пальцев на клитор, вынуждая меня выгнуться и забыть, как дышать. – Тео, пожалуйста… остановись.

Он вжался в мои ягодицы, и я почувствовала его твёрдый член через плотную ткань брюк.

Мои ноги предательски дрогнули.

– Ты вся горишь, Птичка. – Тео прикусил мочку моего уха. – А значит, тебе это нравится.

– Нет…

– Врёшь.

Пара секунд – и он расстегнул сначала мои, затем свои брюки и спустил их вместе с бельём.

– Тео, прошу, не надо. – Я попыталась оттолкнуть его спиной, но он лишь крепче обхватил меня. – Не сейчас… Не здесь…

– Надо, Ханна.

– Дверь не заперта, – прошептала я, захлёбываясь собственным дыханием. – Кто-нибудь может… войти.

– В этом весь смысл, – усмехнулся он, и его губы обожгли мою шею.

Я знала: сейчас он не отпустит меня. И мне оставалось только молиться, чтобы никто не вошёл сюда.

Но вместо страха внутри разливалось странное, тёмное возбуждение. Адреналин смешался с желанием, и сама мысль о том, что нас могут застать, только сильнее толкала меня в бездну этой безумной связи, опаляя кожу колючим разрядом.

Тео уложил меня грудью на стол. Я прижалась щекой к холодной стеклянной поверхности и почувствовала, как его член скользнул между ягодицами.

– Ты опять разозлила меня, Ханна, – прошептал Тео, проводя носом по моему уху. – Ты сама во всём виновата.

– Перестань говорить так, – всхлипнула я и застонала, когда он провёл головкой между моих складок, собирая влагу.

– А ты перестань бороться и спорить. – Тео навалился на меня, придавив к столу своим телом. – Я делаю всё это для тебя.

И он вошёл в меня, полностью заполняя собой. Его ладонь накрыла мой рот, заглушая крик.

– Тихо, Птичка. – Он начал двигаться во мне рваными толчками. – Ты должна научиться быть сдержанной.

Я зажмурилась и вцепилась пальцами в край стола, пытаясь не застонать. Но другая его рука снова опустилась к моему клитору, и я жалобно заскулила.

– Быть покорной. Со мной.

Его пальцы двигались слишком быстро, слишком искусно.

– Тео… – мычала я в его ладонь, чувствуя, как внутри всё сжимается в сладкой агонии.

– Скажи, что ты моя, – потребовал он и, отняв руку от моего рта, схватил меня за бёдра, вбиваясь глубже.

– О боже…

– Скажи.

– Чёрт… Тво… я, – прохрипела я. – Только твоя, – и оргазм взорвался внутри, раскалывая меня на части.

Тео зарычал, его толчки стали резче, грубее.

– Мне нужны твои губы, – оттянув мою голову назад, он впился в мой рот жёстким мокрым поцелуем, одновременно с этим изливаясь в меня с громким стоном.

Несколько секунд он оставался внутри, обхватив меня за живот и тяжело дыша. Я чувствовала, как его грудь вздымается и опускается, как горячее дыхание касается моей шеи. А потом он медленно вышел и помог мне натянуть и застегнуть брюки.