Моей оказалась самая дальняя из спален; на кровати лежало несколько пакетов с одеждой и обувью. Белоснежные полупрозрачные шторы оказались слегка раздвинуты, пропуская в комнату нежный солнечный свет. Бархатные подушки с изысканным узором декорировали кровать с высоким изголовьем. На полу расстилался пушистый ковёр с длинным ворсом персикового цвета.
По сторонам от кровати стояли небольшие антикварные тумбы; на одной располагался светильник в форме цветка колокольчика, а на другой – роскошный букет нежный белых лилий.
Кончиками пальцев я провела по лепестку, ощутив бархатную мягкость кожей, и вздохнула. Нет, ну, с одной стороны, здорово: обновки всегда радовали. С другой… приятнее покупать их самой.
В пакетах обнаружились купальник, лёгкое светлое платье, босоножки и сумка. Пальцы коснулись мягкой, почти бархатной ткани. Я точно помнила, как паковала пляжные принадлежности в чемодан перед вылетом из Торонто, но сейчас не хотелось искать их среди смешавшейся в нём одежды.
Вильгельм ждал меня внизу, на улице, разговаривая о чём-то с Клаусом. Как только я вышла на крыльцо, телохранитель пару раз кивнул и удалился, направившись к заднему двору.
– Зачем нам куда-то ехать, если пляж прямо перед домом? – удивилась я, когда бизнесмен открыл для меня дверцу автомобиля. Это был миниатюрный двухдверный спорткар белого цвета с кремовым кожаным салоном и откидной крышей.
– Потому что мы не на пляж, – бросил Вильгельм, занимая место водителя после того, как я расположилась на пассажирском.
– А куда? – мужчина не дал мне договорить, приложив палец к губам. Я убрала его руку и продолжила: – Странно получается: Вы рассказали о том, что между богами опять разборки, а мы едем отдыхать?! Вместо того, чтобы что-то предпринять и хоть как-то внести ясность.
Вильгельм внимательно на меня посмотрел. Его чёрные глаза проникали в самую глубину моей души.
– Не бойся, огонёк. Для того, чтобы что-то предпринять, нам нужно побыть приманкой.
– От этого легче не стало, – буркнула я.
Дорога пролегала через город, струясь неподалёку от побережья. Мужчина опустил крышу автомобиля, и теперь морской воздух щекотал лицо и развевал мои распущенные рыжие кудри.
Мы прибыли в морской порт, где стояло множество разнообразных яхт и лодок. Вильгельм помог мне выбраться из автомобиля, а затем, забрав из багажника сумки, взял за руку и повёл вперёд. Солнце ярко светило, отражаясь в морской глади. Вода тихо плескалась о борта судов, создавая умиротворённую атмосферу. Видя моё восхищение, Вильгельм слегка приподнял уголки губ, создавая подобие улыбки.
Мы подошли к одной из яхт, на которой уже ждал капитан, и Вильгельм помог мне подняться на борт. Палубу украшали морские флаги, придающие судну особый шарм; мачта возвышалась к небу, пошатываясь в такт волнам.
– Так нас ждёт прогулка по морю? – тихо спросила я. Вильгельм всё ещё не выпускал мою руку из своей, хотя помощь мне уже не требовалась.
– Добро пожаловать на борт, – улыбнулся встретивший нас мужчина. Он был великолепно одет – форма капитана ему очень шла. – Мистер Хаслер, нет ли изменений в нашем маршруте?
– Нет, можем отправляться, – Вильгельм повёл меня вперёд, к лестнице в салон судна.
Меня поразила обстановка: мягкие кресла, деревянная отделка, картины морских путешествий на стенах. Чуть дальше находилась роскошная каюта с большой кроватью и иллюминаторами, открывающими вид на бескрайнее лазурное море.
Мужчина с улыбкой наблюдал за мной; заметив это, я почувствовала, как краснею.
– Так какой у нас план? – спросила я, стараясь отвлечь его от созерцания. – Вряд ли мы просто покататься плывём.
– Нужно кое-что поднять со дна, – загадочно произнёс Вильгельм, отпустив мою руку и поставив сумки на кресло, чтобы открыть дверцу в стене. Там оказался бар с разнообразными напитками. – Выпьешь?
– Пожалуй, бокал белого вина был бы кстати, – я поджала губы и присела в кресло. – А как мы поднимем это «кое-что» на борт?
Мужчина налил себе виски со льдом и повернулся к бару, замерев в задумчивой позе. Выбрав синюю бутылку, он вернулся к стойке и достал бокал и штопор.
– Огонёк, можешь просто отдохнуть, – Вильгельм подошёл ко мне и поставил на небольшой столик бокал. – А на дно я спущусь сам.
Откупорив бутылку, он поднёс горлышко к носу и, одобрительно кивнув, наполнил пустующий сосуд. Оставив вино на столе, мужчина вернулся за своим стаканом и присел напротив меня.
– Я не заметила на палубе водолазное оборудование, – подметила я.
– В нём нет необходимости, – отмахнулся он, пригубив напиток.
Мы отплыли достаточно далеко от берега и бросили якорь; морской воздух обволок меня, когда я вышла на палубу яхты. Лазурное море сверкало под лучами солнца, словно тысячи бриллиантов, тянущихся до горизонта. Ветер ласково играл с моими волосами, а солнце – грело тело.
Я уже переоделась в купальник: его тонкие бретели, обвивающие мои изгибы, придавали образу игривую лёгкость. Ткань обтягивала грудь, слегка приподнимая её. Расположившись на носу яхты на мягкой подстилке, я купалась в лучах солнца.