– Это легенда. Но она правдивая. Я расскажу, но ты не должен смеяться или оспаривать. Не смотри на меня так, я уже прекрасно тебя изучила. И думаю, что от своего учителя ты взял гораздо больше, чем думаешь.
Удивленно почесав подбородок, Мал согласился не смеяться и выплюнул пожеванную травинку. Есть хотелось до колик, но кроме стогов сена тут ничего не было. Урожай давно был убран, а вскоре увезут и заготовленное сено.
– Постой. Ты же лиотари! – прервал девушку маг.
Та посмотрела на него с легким недоумением, а парень продолжил мысль.
– Не хочешь поохотиться? Наверняка в поле осталось много грызунов.
– Фу! – брезгливо мотнула головой Ясми. – Мышатина – это омерзительно! Поверь. К тому же подумай, сколько бедных мышек придется убить, чтобы насытить нас обоих.
Малбор печально вздохнул, вспоминая, как давился жареным змеиным мясом. Девушка не могла забыть таких подробностей его скитаний по ловушке древних, но при этом все равно не собиралась потакать его варварским наклонностям.
– Если ты так проголодался, то вон в тех кустах есть гнездо. Две жирные куропатки и немного яиц.
– А птичек, значит, не жалко? – спросил маг, соскользнув со стога.
– Малыши все равно умрут зимой. Они слишком поздние.
Малбор не слушал, он уже двигался в указанную сторону. Девушка вздыхала и охала, наблюдая, как неумело и топорно работает ее спутник. Когда он вернулся всего с одной куропаткой и тремя яйцами, потому что остальные раздавил, Ясмала тяжело вздохнула и принялась разводить костер.
– В следующий раз я охочусь. А то такими темпами начисто изведешь все женское население местных куропаток, и мужики объявят нам войну, – не удержалась она от подколки.
Мал согласился, готовясь вдыхать ароматы жареной птицы.
– В следующий раз готовлю я, – вернул насмешку Скеггз, крутя в руке обугленную ножку. – Иначе нам объявят войну все ценители куропаточьего мяса.
Девушка не стала заострять внимание на своем промахе, хоть и старалась ради человека. Ей самой было достаточно, чтобы мясо было теплым. И не обязательно при этом его готовить.
Насытившись едой, они оба стали клевать носом. Опасаясь повторения истории, Ясмала вдруг спохватилась.
– А если они найдут нас здесь?
Малбор осмотрелся по сторонам.
– Маловероятно. Дождь размыл все следы. На месте Королевы… Хотя не так. Судя по всему, правильнее будет сказать:
Его слова успокоили девушку.
– То есть, Королева главная лишь номинально?
– Есть подозрение, что она стала марионеткой эльфа. Наставник рассказывал о том, как маги использовали чужой авторитет в своих целях, делая влиятельных людей своими слугами. Эльфы всегда были особенно хороши в этом.
Наевшись, оба легли на большой стог.
– А ты не будешь, ну… вылизываться?
– Так обсохнет.
– А может все таки…
– Укушу.
– Давай тогда свою легенду.
И девушка, прижавшись влажным боком к теплому человеку, принялась рассказывать историю о том, как Небесная кошка выбрала себе в спутники саму смерть и они отправились по ее владениям искать лучших из лучших, чтобы даровать им и их родам счастливую жизнь посмертно.
Богиня взрыла когтями молодую землю и из нее стали выскакивать животные, разбредаясь по бескрайним первозданным лесам.
Сильнейшим лиотари предложили соревноваться друг с другом в скорости, силе и удачливости на охоте, принося добычу к ногам Кошки. И не было охотника лучше Даи Масдета. Гора пойманных им зверей превосходила остальные в несколько раз и была воистину огромной. Кошка благоволила ему и пророчила вечную жизнь подле себя.
Испытания подходили к завершению, охотники разных прайдов вернулись с последней добычей, радуя праматерь, а Дая все никак не появлялся.
Но вот на глаза судей вышел черный, как смоль, лиотари с зелеными глазами. Он назвал себя Кизу и сказал, что ему полагается высшая награда, так как он сумел поймать воистину самого опасного монстра долины. Это было тело мертвого Даи Масдета. Кизу бросил свою единственную добычу на кучу Масдета, присвоив его заслуги.
Тогда кошка назначила обманщика победителем, но награда была незавидной. Она сдержала слово, даровав всему его роду блаженство в мире мертвых. Когда он вернулся в свой прайд, то обнаружил только мертвые тела.
– С тех пор черный лиотари бродит тенью по миру, охотясь для богини и все, кто ему дорог, попадают в объятия смерти. Проклятие богини ждет каждого из ее потомков, кто посмеет вероломно нарушить законы нашего народа, – закончила девушка.
Она ждала реакции Мала и уже готова была к ожесточенному спору. Но парень не стал ничего говорить, обняв девушку, после чего уткнулся лицом в густой и влажный подшерсток на шее.
– Я не умру, Ясми, – тихо сказал он. – Я же колдун. Ты что, забыла?
Ей хотелось стукнуть человека, но вместо этого девушка прижалась сильнее к его горячему телу, и сон забрал ее тревоги.