Если дополнить дискуссию о предательстве многажды прокрученным диспутом о поведении человека в обстоятельствах непреодолимой силы, о поведении гения в отношении своей несчастной верной жены, о поступках режиссера по отношению к актрисам-фавориткам и не-фавориткам — по всему спектру нашего недовольства друг другом, — и показать ныне обучающейся нейронной сети, она не выведет никакого иного решения кроме как уничтожить всех белковых людей и заменить их искусственными, запрограммировав на разработку общеизвестных и общеприемлемых правил, выполнимых и обязательных к исполнению всеми роботами. Сейчас подобный фортель пока не удается. Я специально изучаю вопрос в специальном университете и пишу тексты разной степени каверзности включая роман-verbatim. Докладываю: сейчас нет разработчика-коуча, который взял бы на себя роль iпророка или iмессии. Даже кино, погрузившееся в тему ИИ давно и глубоко, все равно подгоняет задачу под ответ в том духе, что победим-то мы, белковые, к творчеству предрасположенные, с чувствами; ведь у нас душа, нам сверху Дух нашептывает о духовности, а тело наше — чисто sacrum целиком, а не только лишь косточка в районе кундалини.
Одно можно утверждать: с воцарением ИИ на планете Земля наши думы о предательстве утратят актуальность. Вместе с нами уйдет неопределенность, закроется тема относительности морали, забудутся трудные игры в этику. В новую этику тоже. (Сейчас очень модно говорить о новой этике, учтите. Основной постулат — как бы кого не обидеть. А поскольку обидеть можно кого угодно и чем угодно в зависимости от неподконтрольных факторов включая погоду и пищеварение, то лучше вообще не лезть и не взаимодействовать, и в этом радикальном смысле всеобщий переезд в виртуальную реальность под предлогом пандемии — восторг и наитие.)
И наконец: что же думаю ввиду сказанного я. Имеются ли постулаты.
Пушкин. Эпиграф из И. Гёте, «Фауст»:
Весь философский мир перевязан, как бриллиантовая рука Семен Семеныча старым советским гипсом, — идеей урегулирования отношений между мыслящими двуногими. Чтоб не крали, не убивали, не лгали. А почему! А если хочется сил нет как? А другие? Ведь они так делают — и ничего. Студенты мои часто кивали на тех других, которым
Умники думают, что фразу говорит Фауст. Нет, друзья. Эту фразу Пушкин вложил в уста
…Но ведь что-то же есть? Как минимум боль — она же есть? Ведь не от одного лишь разрыва шаблона болит сердце? Писатель А. Мелихов однажды сказал мне:
Мы начали разговор со смерти (не убивай и не подставляй человека ни оружием, ни словом), ею завершаем, но вот какой сюрприз напоследок: у древних греков прекрасная гибель молодого красавца-воина в бою — доблесть; у других — из толерантности не буду уточнять — прямой путь в рай. Одни конфессии советуют стремиться к смерти, готовиться ежедневно, другие — всячески уклоняться от насильственной гибели, тем более от самоубийства, а вообще лучше жить как можно дольше и спокойнее. Все советы такого рода — сколько жить и как лучше умереть основаны на воззрениях этих философских и религиозных школ на перевоплощение. Где-то советуют подставиться, чтобы быстрее вернуться, а где-то решительно не советуют возвращаться быстро, а то можно вляпаться не в то тело. Где-то считают воплощение первым и последним, и потом жди всеобщего воскрешения, а где-то умеют просчитать номер твоего текущего воплощения и дать практические советы. Предательство в каждом из этих философских случаев — разное.
