Наставник никогда не рассказывал о моей матери или отце, единственное, что я знала о ней, это то, что она оборотнем-полукровкой. Ее звериной ипостасью была волчица. И я унаследовала ее дар. В пятнадцать я впервые перекинулась. В тот день Эйрон взял с меня клятву, что я никому не расскажу о своем даре, и что никто не узнает о моих способностях, которые с каждым годом будут только расти. После этого наши занятия стали включать в себя управление моей силой. Я училась контролировать в себе зверя, полностью или частично перекидываться по своему желанию, и в каком бы обличии я не находилась, всегда чуять как волк, а мыслить - как человек.
С детства я часто приходила в свое любимое место, единственно место, откуда можно было увидеть небо. Небольшой клочок голубого полотна, который так и манил, так и тянул к себе, к свободе, к воле. Это был круглый туннель, уходящий высоко вверх с абсолютно гладкими и скользкими стенами, за которые просто невозможно уцепиться. А в конце спасительного света безустанно караулили трехглавые псы. Они не оставляли беглецу ни единого шанса, и, если тот каким-то чудом всё же преодолеет эти стены, псы не дадут подняться на поверхность даже по туловище.
Туннель располагался над небольшой пещерой, в которой Эйрон учил меня перекидываться и в полной мере раскрывать бушующего зверя, загнанного в клетку. Здесь я могла злиться, рычать и выпускать все раздирающие душу эмоции. Но в тоже время я училась управлять собой, не давая волчице затмить мой человеческий разум.
В шестнадцать я совершила свою первую попытку побега, за что была жестоко выпорота кнутом по спине. Я рискнула полезть по туннелю вверх, цепляясь кончиками пальцев за еле ощутимые выступы. Но я сорвалась, так и не сумев проползти и десятой части. Мой наставник был зол и испуган, он кричал на меня, называя глупой, наивной и самоуверенной девчонкой. Но это только усилило мое намерение, только раззадорило мой интерес. Это был вызов, который я не могла проигнорировать. После этого я тренировалась с большим рвением, с большим желанием вырваться из этого ада.
В восемнадцать я почувствовала, что моя сила растет вместе со мной. Я осознала, что могу нечто большее, чем просто перекидываться в волчицу. Но я не могла понять, что именно не дает мне покоя. День за днем я приходила к туннелю, и, смотря на голубое небо, представляла, как превращаюсь в птицу и улетаю прочь, оставляя это проклятое место.
Внутри билась энергия, я чувствовала, что за моей спиной будто растут крылья, я словно физически ощущала, что у меня есть крылья. И я решила рискнуть. Эйрон ничего не знал о моей задумке.
После наших занятий, я не сразу шла к себе в пещерку, в которой помимо меня жило еще пять женщин, я продолжала тренироваться, но уже самостоятельно. Я представляла, что вместо волчицы я превращаюсь в птицу, что распахиваю крылья и взлетаю вверх. Но все было безуспешно. До определенного момента.
Боль, адская боль, сильнее, чем от быстрого прикосновения кончика кнута к спине, разрывает всё тело. Что-то изнутри выбивается наружу, ломая кости и пробивая кожу. Я не могу сдержаться, крик так и рвется из груди. В глазах темнеет. Голова кружится. И я, не в состоянии совладать с собой, падаю. Последнее, что я помню. Это лужа крови. Моей крови. И заботливые руки Эйрона.
- Айна, - прошептал мой наставник, увидев, как я приоткрыла тяжелые веки. Он испуганно смотрел на меня своими серыми глазами.
- Все в порядке, - ответила я.
Тело ныло, откликаясь болью на каждое движение, но регенерация завершилась. Я выжила.
- Айна, - Эйрон выглядел смятенным, - почему ты мне не сказала?
- Прости, но я ... - я не нашлась что ответить.
- Так нельзя перекидываться... - он пристально посмотрел на меня, - не так...
После того случая, Эйрон, не задавая вопросов, просто стал помогать. Я знаю, он видел во мне ту силу, что бьется из моей груди, неуправляемую и опасную. Он считал, что волчица не дает мне двигаться дальше, что я должна забыть о ней и открыть еще одну суть. Я не понимала, что он имеет в виду и каждый раз терпела неудачу. Каждый раз я падала в обморок, каждый раз перекидывание заканчивалось дикой болью в спине. Мне понадобилось два года, чтобы открыть в себе третью грань.
Тем вечером я пришла в пещеру на закате. Через проем виднелось розовое небо, которое, угасая с каждой минутой, багровело. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Я настраивалась. Я ждала. Я ощущала каждую клеточку своего тела. Я им управляю, а не оно мной. А потом я резко отпустила контроль, позволив своей сути вырваться наружу. Я не удерживала ее, чувствуя, как за моей спиной появляются крылья. Я не превращалась в птицу, как хотела раньше. Я оставалась собой. Но огромные серо-коричневые крылья распустились за моей спиной. Взмах. И я поднимаюсь выше. Взмах. И моя цель становится все ближе. Взмах. Я лечу. Навстречу свободе, туда, где полыхает огнем закат. Я вырываюсь из плена, проскальзывая мимо псов и возвышаясь над ними. Я слышу рык и звуки сирены. Пути назад нет. Безликие. Они идут по моим следам.
