- Да какой к чёрту добрый!? – в сердцах воскликнул старик, не оборачиваясь. – Вы видите, какой тут пи**ец!? Чо случилось, хотите знать!? Так я скажу. Утром, значит, завалился ко мне, бл**ь, этот. Ладно, то, что краснокожий. Но, етить его за тудыть, богом клянусь, он под хе*нёй какой-то был. Мож под пылью красной или ещё под каким-нить дерьмом. Етишь его за ногу, даже знать не хочу. Пришёл. Я сразу смекнул, шо с ним чёт не так. А он-то зашёл, от него кровью смердит, сам подранный весь какой-то. Зашёл и сразу глазками на флакон один хороший. Там, чёрт, эликсир такой был, что заразу всю на раз выводил. Я подходить не стал. Думал: ещё огреть может чем-нить. А он говорит, мол – дай. Я ему в ответ: не продам тебе. Он сразу взъелся, орать начал похлеще алкаша, у какого пузырь забрали. Только хе*ь какую-то орал. Чё-то про своих каких-то там. Про ад, про ещё чё-то. Я ему крикнул, мол – стражу вызову. А он только хуже стал. У меня там, вон, видите обломки. Коробок один стоял. Как раз для капитана. Так эта сволочь его опрокинула и гранату оттуда схватила. У меня волосы на жопе дыбом встали, как он её швырнул в меня. Я – за тумбу. Тут всё ба-бах, ба-бах, ба-бах. Думал, всё – пи*дец мне. Тут же оно всё по цепной пошло. Раз равануло, два, три потом. Стёкла выбило, ковёр мне спалил к хе*ам, пол весь в реагентах. Тут теперь пока всё очистишь, сдохнуть старик уже успеет. А этот урод взял, флакон спи*дил и съе*ал!
- Куда именно он побежал, вы не видели?
- Да какой там! Тут мне б самому зрения не лишиться было!
- Спасибо вам, - искренне поблагодарил Норико. – Не волнуйтесь, мы найдём этого гада.
- Уж постарайтесь, - выплеснув злобу, хозяин несколько успокоился. – И если живым его найдёте, уж обломайте рога ему. Чтоб ему х*р в рыло напоследок прилетел.
Новости были одновременно хорошими и плохими. С одной стороны, произошедшее было действительно делом рук Скайлора, и он всё ещё никого не убил. С другой же – никто не имел понятия, где его искать. Пересказав всем ещё раз слова старика, хотя все их и так слышали, островитянин, а за ним и остальные спустились вниз, где, наклонившись к земле, что-то высматривала Кора.
- Здесь след.
Пока остальные пошли в лавку, Кора осталась стоять в стороне. Разговоры ей были не слишком интересны. Гораздо больше хотелось избавиться от отвратительного ощущения, терзающего каждый вдох. Она периодически бросала в их сторону взгляды, но больше старалась фокусироваться на каких-то других вещах. Цветы в горшках на подоконнике второго этажа, повернувшийся на девяносто градусов флюгер с восседающим на нём петушком, покачивающийся от лёгких порывов ветерка клён, постепенно начинающий менять цвет своей кроны с зелёного на жёлтый. Всё это помогало отвлечься, и ощущение неприятного вскоре ушло из-за изменившегося ветра. Кора подошла чуть ближе, Норико всё ещё был внутри. Долго. Девушка посмотрела на здание, поморщилась от запаха реагентов, а затем обратила внимание на брусчатку. Несмотря на то, что ночью прошёл дождь, на влажных камнях не сильно заметно, но прослеживались грязные следы. Кора наклонилась чуть ниже, провела пальцами, принюхалась. Трава, грязь, кровь. Он бежал быстро – каждый след находится слишком далеко от предыдущего. Большие шаги. От лавки, и дальше по улице. Пройдя чуть дальше, Кора только удостоверилась в этом. Вернувшись назад, огласила вердикт.
- Здесь след, - сказала она достаточно громко, чтобы все её спутники могли услышать. – Бежал на юг.
- А что здесь на юге? – спросила Роза после рассказа Норико.
- Эмпориум…
***
Когда «соколы» расходились по разным сторонам, Марисса сказала, чтобы через два часа они встретились возле Хадрийского эмпориума. Место это для города было значимым. Всё же Хадрия не являлась большим поселением, а для городка судостроителей хватало одного единственного рынка. К тому же, клановая власть возжелала контролировать товарооборот настолько, насколько это было возможно, и обратила свой взор, в том числе, и на «вольных» торговцев, не владеющих собственным делом.
С одной стороны, это было не очень хорошо, ведь жители, живущие за счёт продажи своих же изделий: картин, поделок, горшков и прочего получили довольно-таки неслабую потерю в доходности. С другой стороны, сугарийцы организовали золотую жилу, которая вполне вписалась бы даже в суетливые улочки Катраса. Соединив между собой перекрестки и главные городские доки, эмпориум стал центральным торговым узлом. Небольшим в сравнении со столичными рынками, но более чем достаточно богатым на товары и информацию.
Марисса сразу направилась туда. На подобных рынках были те, кто непременно видел всё и слышал каждого. Девушка оставила Черногрива с Бурым и фургон в конюшнях. Местный конюх, к слову затребовал за время простоя весьма нехилую сумму, но выбирать не приходилось. Выпроводив Джо’Руна, который сразу двинул в ратушу, Марисса пошла в сторону эмпориума.
