— Мне нужно подумать. Все это так неожиданно. — я опустила взгляд. — у меня есть же на это время?
— Конечно, как я могу тебя торопить? Подумай, все взвесь, но, Нин, если честно, я был бы очень рад видеть тебя в моей команде. — глаза Дениса заблестели искрами. — вот моя визитка, буду ждать от тебя звонка. В любое время суток. Для тебя я найду время всегда.
— Хорошо. В любом случае, даже если я не надумаю работать с тобой, чтобы ты знал и не терял времени зря, я подумаю и дам ответ. — вздох.
— Я очень ценю пунктуальных людей. Очень ценю. Именно таких вот работников, как ты. — Денис улыбнулся. — спасибо за ужин. Оплату я беру на себя.
— Чего? Я не содержанка, Денис. Я оплачу половину. — возмущенно ответила я доставая из сумки кошелек. — мне было приятно поужинать с тобой, но, извини, счет оплатим пополам.
— Я угостил тебя! — резко прошипел Денис грубо выхватив кошелек из моих рук. — тем более, возможно, я попусту отнял твое личное время, хотя скрывать не буду, мне было безумно приятно, что ты скрасила мой вечер. — он протянул мне вырванный ранее кошелек. — я вызову тебе такси.
— Спасибо, но я хочу пройтись немного. Хочу подумать обо всем. — я неуверенно улыбнулась. — что же, мне пора уходить.
— Хорошо, я понимаю, жду звонка. Думай. — холодно отрезал Денис.
— Хорошо… — опустив стыдливо взгляд прошептала я.
— Тогда… — он сделал ко мне шаг вперед. — до встречи? — его ладони нежно обвили мои плечи. — Нин.
— Да, до встречи. — поднимая неуверенно взгляд улыбнулась снова я.
*Нина
Я не люблю черный кофе. Ты знаешь это, как никто другой, но, сука, все равно продолжаешь ставить передо мной чашку крепкого, дымящегося, обжигающегося мои ладони и душу напитка. Я машинально, послушно делаю глоток, ощущая, как мои зубы стучат о фарфоровую чашку. Иногда я думаю о том, что утопится в этом кофе самый лучший для меня вариант. Артур нервно расхаживает из стороны в сторону за барной стойкой, что-то говорит мне, но я едва улавливаю суть. Слова кажутся мне беззвучными, пустыми лишёнными всякого смысла. Артур расспрашивает меня о каких-то волнующих одного его вещах…но я отвечаю сквозь зубы, сквозь всю горечь кофе. Перевожу взгляд на него и чувствую, как волосы на моей голове буквально начинают шевелится от переполняющего меня ужаса. Артур бледен. Взволновал. Неужели ты наконец-то почувствовал ревность?
Почему я вообще об этом думаю? Впрочем, думая о многом, я совершенно забыла о том, чем так настоятельно и заботливо учила меня Росс и «Пандора». Что она дала мне? Сделав медленно глоток я начала вспоминать….кто я? Конечно же, в первую очередь: — желанная женщина. Да, я желанная женщина, которая смогла за год свести с ума далеко не одного мужчину. Год проведённый под пристальным наставничеством «Пандоры» подарил мне незабываемые ощущения: страсти, уверенности, фантастические невероятные вещи, удовольствие. Черт возьми, но Росс и ее «Пандора» подарили мне то, о чем раньше я не могла и мечтать. Она дала мне наслаждение и взамен не просила совершенно ничего кроме одного… «Любви к самой себе». Что я позволила себе за это время? Научиться принимать себя со всеми недостатками превращая их в самые настоящие достоинства. Я позволила Артуру доставить мне удовольствие одними только энергетическими волнами страстной йоги, позволила ему довести меня до бешеного оргазма без всяких прикосновений не переходя грани дозволенного. Меня застал врасплох бывший работодатель, который исходил по мне слюнями с самого первого дня моей работы у него, и грубо завоевал частичку моего сердца грубо овладев мною на кухонному столе, где по субботам мы готовили пиццу, и сейчас…я сумела довести до восторга мужа самой хозяйки «Пандоры» за что он с особым энтузиазмом отблагодарил меня так, что вернул былую веру в себя заставляя мурашки бежать по телу от одного только воспоминания, как это приятно, когда мужчина вожделенно осматривает твое тело принимая каждый изгиб, принимая каждую родинку по неидеальным выпуклостям твоего тела преподнося это, как нечто идеальное…нечто сексуальное….нечто естественное и он помог продвинуть мой сексуальный опыт вперед, открывая глаза на то, что секс может быть любым: чувственным, грубым, властным, может быть, даже не всегда приличным, но черт возьми, кого это волнует если тебя сейчас хорошо?
— Что, Артур? — выдавливаю из себя сухо я понимая, что сейчас он может взорваться, но не станет же он делать этого при свидетелях?
— Что случилось, Нин? — облокачиваясь локтями о барную стойку спрашивает меня Артур словно любопытный ребенок, который своим враньем испортил окружающим жизнь, и теперь не понимает почему виноват именно он. Он подходит ко мне.
— Надеюсь, ты понимаешь, что бесполезно снова и снова повторять поток своих бессмысленных вопросов? — отпив очередной глоток спрашиваю я, но спрашиваю словно в пустоту. — знаешь, время остановилось, и самое печально, что оно остановилось где-то между нашей первой встречей и моей изменой. Время остановилось, а ты, милый, слишком медленно соображаешь.
