Теперь она попала в подземелье с кучей ходов. Наверху не было никаких магических облаков, а только темный мрачный потолок. Луна стояла в центре небольшой полукруглой пещеры, в каменных стенах которой зияли темные отверстия. Ей нужно было выбрать какой-то из этих ходов. Девушка шагнула в первый попавшийся и оказалась в высоком коридоре, где стоял полумрак.
«Спасибо, хоть не темно», – мысленно проворчала Луна.
Идти было удобно, пол ровный, без камней и выступов, стены гладкие, вроде бы ничего страшного, если бы не зловещий шорох, сопровождавший каждое движение. Приглядевшись, Луна поняла, что это черные нити ползут следом за ней, со змеиным шелестом оплетая стены коридора.
Стараясь не обращать на них внимания, Луна быстро пошла вперед. Дорога то поднималась, то резко бежала вниз, поворачивала то направо, то налево. Наконец впереди замаячил серый свет. Девушка обрадованно вскрикнула и ускорила шаг. Свет становился все ярче, вот-вот она дойдет до выхода.
Луна выскочила из коридора и застонала от разочарования. Нет, это был не выход. Коридор привел ее обратно в пещеру, откуда она начала путь.
– Знать бы еще, в каком из этих ходов я была! – с тоской воскликнула Луна, и пещера тут же наполнилась эхом, на все лады повторяющим ее слова.
Эхо делалось все громче, вскоре звук стал невыносимым, Луна упала на колени и зажала уши. К счастью, через некоторое время, прогромыхав в сотый раз «была – была – была», эхо смолкло.
«Понятно. Разговаривать тут нельзя».
Луна встала с колен и, найдя на полу камень, прочертила черту у круглого лаза, в котором, как ей казалось, она уже побывала. Подойдя к другому, она поставила такую же отметку и, глубоко вздохнув, вошла внутрь. Коридор был как две капли воды похож на предыдущий. Выскочив обратно в пещеру, Луна даже не удивилась. Она молча отметила выход и нырнула в новый лаз.
В голове тем временем крутились мысли:
«Это, скорей всего, сон. Почему? Да потому что со мной нет Фиччика. Он мой хранитель и обязательно был бы рядом. Жадеида мертва, Гиацинт тоже, а судя по тому, что Обсидиан пытался затащить в сети Оникса и Сентарию, проводника у него пока нет. А значит, некому затуманить мой разум и разум хранителя. Хотя…» Луна судорожно задышала, вбегая в очередной коридор.
«Правители заколдованы, а значит, и я могу быть под заклятием… То есть это не сон?»
Преодолевая страх, она коснулась одной из нитей и ощутила ее упругую силу. Нить попыталась обхватить палец, но Луна отдернула руку.
«Я чувствую их, значит, это не сон… Сны не могут быть до такой степени реальными… К тому же я чувствовала боль…»
Луна так сильно ущипнула себя за руку, что едва смогла сдержать крик. И тут же привычным движением ладони убрала красное пятно.
«Я пользуюсь силой. Это не сон».
К горлу подступила паника. Чтобы заглушить ее, Луна начала вспоминать песенки, продолжая бродить по коридорам и аккуратно отмечать каждый вход и выход. Когда закончились песни, она стала решать в уме примеры, потом – вспоминать недавно выученные медицинские темы.
«Сердце находится в центре грудной клетки и смещено нижним левым краем в левую сторону, в так называемой околосердечной сумке – перикарде, которая отделяет сердце от других органов. Оно состоит из четырех полостей, или камер: левое и правое предсердие, левый и правый желудочек», – повторяла Луна про себя, чувствуя, как колотится ее собственное сердце.
Тишина угнетала. Только сейчас она поняла, насколько разной может быть тишина. Если человек устроился в удобном кресле с хорошей книгой, тишина становится уютной и домашней. А какая глубокая тишина живет в горах! Она настолько осязаема, что хочется потрогать ее рукой.
Там, где сейчас находилась Луна, тишина была удушающей и тяжелой, она давила на плечи. Хотелось сесть и сжаться в комок, плотно заткнув уши, чтобы не слышать эту тишину. Повторив в уме половину медицинской энциклопедии, Луна поняла, что устала. В горле пересохло, хотелось пить и, как ни странно, спать.
«Я хочу спать. А во сне невозможно хотеть спать. Это точно не сон», – обреченно подумала она.
Луна заставила себя ровно дышать и продолжать идти. Девушка боялась, что если она упадет, то больше никогда не поднимется с серого пола и навсегда затеряется в этих темных лабиринтах.
Ей казалось, что прошло уже несколько часов, а может, дней. И вот остался последний неотмеченный коридор. Когда Луна на подгибающихся от усталости ногах вышла из него, она очутилась в огромной комнате.
И эта комната не была пуста. Там находились дети. Много детей разного возраста: от малышей, едва стоящих на ногах, до подростков, которым было примерно столько же лет, сколько и самой Луне.
Они молчали. И они играли в мяч. Без звонкого смеха, криков, шума, как это бывает при любой игре, а в полной тишине. Просто перекидывали мяч, даже не глядя друг на друга. Луна замерла. Было в этом потустороннем безмолвии что-то жуткое.
Дети как дети… Без уродств, страшных глаз, даже симпатичные, аккуратно одетые и причесанные. Но Луна чувствовала, как ее кожа покрылась мурашками, а сердце быстро застучало.
