– Именно, что пришел. Пешком. И тебя принес на руках. Потому что боялся лишний раз потревожить твою спину… так поняла. И приближение этого мага я чувствовала, еще бы, такая силища чуждой мне энергии надвигалась. Не скрою, был грех, что заметалась тогда по комнатам, сомневаясь, следует ли мне с ним встречаться здесь. Это же мое последнее пристанище! Думала, тихо-мирно остаток дней провести в этом доме. А тут? Сам главный инквизитор пожаловал! На меня тогда так и дыхнуло жаром кострища!..
– И как же?.. – признаться, во мне вспыхнуло волнение за эту старуху.
Причем, сильное. С чего бы, ведь она мне была абсолютно чужим человеком, и знала ее всего ничего.
– Разумеется, он понял, что я из себя представляю. Как без этого? Глазищами на меня сверкнул и зубы даже сжал. Но в тот момент его волновала сильнее ты. Его светлость с порога потребовал, чтобы мы с ним объединили усилия и немедленно начали борьбу за твою жизнь. С чего уж он решил, что ты могла умереть, не знаю, но вот оказаться прикованной к постели, это запросто. И мы, разумеется, приступили к работе над твоим телом…
Я повела глазами вниз и увидала, что лежала все же на обычной кровати. А ни в каком ни в коконе. Почудится же.
– Переодели, уложили, князь магией обездвижил, чтобы не могла себе навредить, если бы поднялся жар, и начала бы метаться.
А ведь и правда, я лежала в ночной сорочке под пуховым одеялом.
– Надеюсь, это вы меня раздевали-одевали?
– ПФ! Думаешь, у меня есть столько сил? Я древняя старуха, деточка.
– А! Значит, слуги…
– Они как мыши разбежались и запрятались в углы, стоило только главному королевскому магу в дом войти. И их понять можно, кому охота быть замешанным в укрывательстве ведьмы? А я столько в этом доме прожила, что здесь все пропитано моим духом…
– То есть?.. Кто же меня переодевал вот в это? – рука моя приподнялась, чтобы оттянуть на груди край сорочки. – Уж не хотите ли сказать…
– А кто же еще? Разумеется, князь Вальтсор. И ловко же этот Светлый навострился с дамскими нарядами расправляться!.. – мне показалось, или ее глаза сверкнули очень даже лихо и молодо?
И я нахмурилась. Вот надо же, последнее высказывание ведьмы смогло почти заглушить стыд от того, что не повезло оказаться в той неприятной ситуации. Меня теперь чуть ни колотило от возмущения, что этот охальник…
– И я тебя поздравляю, деточка, тебе удалось пробудить в мужчине нешуточный интерес. Так понимаю, что даже если печать снова слетит, он тебя сожжет не сразу, а как только охладеет.
– В смысле?.. – вот и раз, мне чуть ли ни привстать удалось от такого неожиданного известия.
– Не прикидывайся непонятливой! – дора Белинда явно сильно рассердилась, от этого даже дернулась в кресле. – Ладно бы моя Тьяна пребывала в неведении, как проявляется у мужчин желание женщины, все же девственница, и то совсем наивной не была. Но ты-то! С твоих же слов, тебе сейчас двадцать семь, и девственную чистоту утратила давно…
Глаза ведьмы сверкали, она на меня шипела и в бессилии сжимала и разжимала кулаки.
– Что вы хотите мне сейчас сказать? Обвинить в чем-то намерены?
– Не прикидывайся овечкой. Когда-то же ты успела князя зацепить за… Ох, бездна! Если верно все, что о нем слышала, то пропала честь моей племянницы! Он же, упертый, всегда добивается цели.
– Честное слово, не представляю, что такого произошло. Если думаете, что я пыталась его заинтересовать хоть чем-то…
Она этих слов не слушала – так ушла в какие-то свои тревожные мысли. Ведьма даже не видела ничего вокруг, а ее глаза стали пусты, и они смотрели теперь будто бы сквозь жалкую меня. Но она продолжила говорить:
– Про инквизитора идет молва, что многие несчастные жертвы пытались соблазнить его, но тщетно. И я их отлично понимаю – жизнь дорога, уходить за грань никому не хочется. А этот палач отправлял к столбу ведьм без разбора, не считаясь ни с красотой некоторых, ни с юным возрастом. Все сгинули, кто ему попался, никому не удалось ни очаровать, ни разжалобить.
– Фанатик! – выдохнула я. – Но погодите, вы же сейчас глазами сверкали, что инквизитор показал свою ловкость при раздевании… дам.
– Естественно, у него были любовницы. Но договора составлял всегда со зрелыми женщинами и только с носительницами светлой магии.
– Договора? – об этом я еще не слышала. – Значит, в этом мире интимные услуги все же легализованы? А вы мне рассказывали иначе…
– ПФФ! Я тебе говорила совсем о другом! О юных дочерях знатных семей речь тогда шла. Но есть у нас вдовы, как без них, и еще имеются магички, чтобы их бездна поглотила. Вот таким женщинам обычно князь Вальтсор оказывал финансовую поддержку.
– Это у вас так называется? – теперь был мой черед фыркать.
– Что ты фыркаешь? – прямо закипела ведьма. – Забыла, что, хоть и невольно, но влезла в нашу семью? Твое поведение обязательно отразится на роде Штильтер. И что ты сотворила, что Адлар Вальтсор вдруг изменил свои правила?
– Клянусь, ничего такого…
– Не лги мне! Я же видела, какими глазами мужчина на тебя смотрел, как близко принял травму. Он уже предлагал тебе договор-обеспечение?
– Нет, – я и не собиралась ее обманывать.
