– Ну, хоть что-то… – распределив два свободных очка опыта в скрытность и магию, я закрыл профиль, после чего принялся расхаживать по комнате. – Думай, генерал, думай, иначе трахнут и не поморщатся. Оружия – нет, да и толку от него, с моим уровнем против неписей шансов никаких. Бежать – некуда, да и Петровича с Сандрой не бросишь. Пиздец, да и только. Ну да ладно, безвыходных ситуаций не бывает. План, мне нужен хороший план. Так, для начала надо здесь все обыскать…
Но даже начать не успел – явился следующий визитер – обер-цирюльник Порри.
– Прошу, ваша милость… – длинный сутулый жирдяй, тряхнув жиденькими патлами вокруг покрытой пушком лысины, низко поклонился и продемонстрировал мне толстенный альбом с золотыми застежками. – Выберите себе модель по вкусу. Я же рекомендую вам все оставить как есть, только провести легкую корректировку…
Я остановился на легкой корректировке. Остальные прически жутко пугали своей вычурностью и слащавостью.
Самого процесса стрижки не было, Порри точно так же, как Блументаль, махнул рукой – и мои волосы вдруг оказались слегка корректированы, то бишь асимметрично укорочены и распущены по плечам.
Но на этом общение с обер-цирюльником не закончилось.
– Есть пожелания насчет интимной прически, ваша милость?
– Пошел на хер.
Порри совершенно не обиделся, настаивать не стал и было наладился сваливать, как я вспомнил о возможности перенять он него еще какое-то умение.
– Стоять! Мастер, поговорим о учебе.
Все повторилось точно так же, как и с Блументалем. Сначала брадобрей возмущался, но после упоминания о принцессе жутко перепугался и наделил меня парикмахерским умением. Впрочем, оно показалось мне настолько бесполезным, что я сразу про него забыл и сосредоточился на насущных проблемах.
Отложил на время обыск, залез в общий чат игры, вбил в поисковик имя владелицы Цигель-холла и принялся тщательно изучать все всплывшие данные. Узнал немного, потому что с какого-то хера чат отрубился, но даже этого мизера хватило, чтобы охарактеризовать сложившуюся ситуацию одним емким словом:
– Пиздец!
И этот «пиздец» не заставил себя ждать.
Сначала исчезли горничные.
Вместо них появились двое безмолвных слуг, быстро сервировали изысканный ужин и тоже убрались.
А затем пожаловала принцесса Изабелла. Черт бы ее подрал, извращенку клятую!!!
Звонко постукивая каблучками по паркету и манерно виляя жопой, она медленно подошла ко мне и небрежным движением плеча сбросила на пол длинный парчовый халат, оставшись только в ботфортах и жутковатом бельишке из черной лакированной кожи. С заклепками и шипами на лифоне! Мама…
И с плеткой-семихвосткой в руке…
«Твою же кобылу в дышло…» – я невольно сделал шаг назад.
Будь я в мужском обличье, с удовольствием покувыркался бы с принцесской, пусть даже в стиле БДСМ, но сейчас, в женском образе, подобная перспектива вызвала только жуткое неприятие и даже страх. Уж не знаю, что тому виной: либо то, что принцесса непись, то бишь фактически неодушевленное лицо, типа электронного аватара-куклы из секс-шопа, или мои мужские мозги, а может, просто сам факт принуждения, но с каждым шагом Изабеллы совершенно иррациональное отвращение увеличивалось прямо в геометрической прогрессии.
– Цок-цок… – каблучки звонко цокали по полированному паркету.
«Живым не дамся… – твердо решил я. – Сейчас шарахну по сучке всем, что есть в загашнике, а потом будь что будет…»
– Ты почему в этих охотничьих тряпках? – Изабелла похотливо облизала губы. – Тебе что, не понравились обновки? Иди сюда, милая, я тебя сама раздену…
«Не видать тебе моего генеральского тела, извращенка…» – я приготовил заклинанья и отступил еще на шаг, чтобы иметь побольше места для маневра.
– Так и не терпится узнать, как вы занимаетесь любовью в вашем мире… – принцесса обошла меня по кругу, прилегла на кровать, поманила к себе пальчиком и промурчала: – Ну же, не упрямься. Не будь недотрогой. Или ты хочешь поигра…
Но недоговорила, вдруг запнулась на полуслове и замерла, словно в стоп-кадре.
Я сначала не поверил своим глазам. Подождал минутку, а потом помахал пальцем перед открытыми глазами Изабеллы.
В ответ не последовало никакой реакции. Вообще никакой. Принцессе как лежала с поднятой рукой, так и осталась лежать.
