Её речь поднимала важные и резонирующие вопросы, вынуждая всех присутствующих серьезно задуматься о будущем. — Нам необходимо вдумчиво размышлять над тем, насколько глубоко мы зависим от этих чудесных устройств. Прогресс — это, безусловно, величественное явление, однако он не должен ставить под угрозу безопасность нашего народа. Мы должны серьезно рассмотреть необходимость снижения масштаба использования данных технологий, если они способны привести к столь критичным и даже опасным ситуациям. Альгира сделала паузу, позволяя своим словам отозваться в сердцах слушателей.
— Давайте зададим себе вопрос: что важнее, работающие технологии, о которых мы мечтаем, или жизнь и безопасность наших граждан? В интересах нашего общего блага, в силу всех имеющихся рисков, мы должны немедленно и решительно принять соответствующие меры, пока не стало слишком поздно.
Её чёткие и настойчивые слова погрузили аудиторию в атмосферу серьёзности, подчеркивая важность ответственности и традиционных ценностей, которыми они должны руководствоваться в этой новой эпохе. Я внимательно слушала слова Альгиры, и они задели меня за живое. Все то, о чем она говорила, казалось одновременно резонирующим и тревожным. Я повернулась к Тимару, чтобы обсудить происходящее.
— Ты слышал, что она сказала? — спросила я, стараясь говорить тихо, как будто боялась, что кто-то сможет прочитать мои мысли, витавшие в воздухе. — Это действительно заставляет задуматься о нашей теории, что кому-то прогресс неудобен.
Тимар кивнул в ответ, его лицо было серьезным.
— Да, я заметил, теперь я всё больше думаю, что это просто попытка остановить прогресс. Ведь технологии — это наш путь вперёд, без них мы рискуем остаться в прошлом, однако есть те, кому прогресс неудобен.
Я наклонилась ближе, чтобы обсудить это шепотом.
— Возможно, а что если князь был действительно прав и нам не стоит лезть на арену, там все же сражаются отнюдь не слабые противники, посмотри на Альгиру, я бы не хотела такой перечить.
Сложив руки на груди, я увидела, как Тимар стал задумчивым.
— С одной стороны, отсутствие технологий может остановить наше развитие, но с другой — ей может быть выгодно, продвигать идеи о том, чтобы вернуться к традиционным ценностям. Её слова наверняка обретают поддержку у тех, кто боится изменений. Тем более вдумайся, Алён, она женщина традиционного воспитания. Это её сын послушал нас сопляков и поменял мир, полностью внедрив технологии помогающие гражданам, а её насколько я помню, устраивал прошлый уклад вещей.
Я чуть улыбнулась, осознав, как глубоко отражала ситуацию.
— Возможно, она просто хочет вернуть время, когда всё было проще. Её видение могло бы стать утешительным для тех, кто не готов к переменам. Но мы не можем закрывать глаза на то, что изменения — это часть жизни. Нам нужно адаптироваться, а не прятаться от реальности.
Тимар, прикрыв глаза, подытожил.
— В конечном итоге, необходимо найти баланс. Полная зависимость от технологий не приведет ни к чему хорошему, но и отказываться от них без серьезного анализа тоже неразумно. Интересно, какие на самом деле её намерения.
Я посмотрела на сцену, где Альгира продолжала говорить о снижении использования технологий, и в этот момент во мне возникло ощущение, что скоро нас всех ждут перемены, даже если бывшая царица за традиционные ценности, но не хочет убить прогресс, то она неосознанно отодвинет его назад.
Сегодня мне снился кошмар, и словно тень, он окутал меня, пока я погружалась в сон. Я увидела у своей кровати большого белого волка, величественного и угрожающего. Его снежная шерсть сверкает в темноте, как ледяные кристаллы, а его глаза горели, как два далеких факела. Он словно пытался направить меня куда-то, и в этот момент я почувствовала, как страх сжимает мою грудь в ледяные тиски. Каждый его рычание эхом разносилось по комнате, заставляя меня сжиматься ещё сильнее, теряя храбрость. Я не могла понять, чего он от меня хочет, но инстинкт диктовал мне одно — бежать. Все осознание того, что это всего лишь сон, оно было там, но атака паники затмевала разум. Я истерически металась взглядом, одновременно осознавая, что волк не может навредить мне в этом странном, призрачном пространстве. Я могла пойти за ним, почувствовать его силу, его невероятную энергию, но страх крепко держал меня в своих сетях. Я понимала, что, возможно, он пытался мне что-то показать, но старая добрая трусость взяла верх, и я осталась лежать в постели, как прикованная к её мягким простыням.