Я легла на кровать и закрыла глаза, скрестив руки на груди. Глубоко вдохнула воздух внутрь легких. Иногда нужно просто продолжать дышать в надежде, что сердце хоть немного успокоится. Раньше мне часто это помогало. Я болтала ногами, касаясь носками ботинок деревянных половиц. Летом здесь будет прохладнее всего. Я решила, что буду в этой комнате сидеть и читать, когда у меня наступят выходные после рабочих смен.
На чердаке появился широкий подоконник, но что туда поставить, я ещё не представляла. Мне было интересно, что сделали с вещами, которые здесь лежали на протяжении стольких лет?
Я не стала переодеваться в другую одежду, поэтому через полчаса решила спуститься к обеду в том, в чем приехала. К тому же, я собиралась принять теплый душ после длинной дороги.
Широкая лестница, ведущая на первый этаж. Под моими шагами каждая доска издает звук. От этого я начинаю ёжиться. Комната Елены также располагается на втором этаже. Различаю её по белой выкрашенной двери.
Спускаюсь на первый этаж. Всё внутреннее убранство похоже на кукольный домик. Розовые пастельные обои, как будто сделаны из сахарной ваты. Портреты, висящие на стенах, в желтеньких рамках. Люди смотрят на меня так, будто специально наблюдают за каждым моим движением.
Я вижу, как неизвестная мне кошка также завороженно разглядывает фигуры людей, как делаю это я. Должно быть, это та самая Лея, о которой мне писала сестра.
На кухне расстелен линолеум. На нам нарисованы белые и зеленые ромбы. Я вступаю на каждый ромбик по очереди. Ручки кухонных шкафов сверкают и отливают позолотой, под ними на столе стоят пузатые чайники, одни слишком цветастые, другие чугунные и чересчур строгие. Поварешки, кастрюли, скалки. Работает газовая плита. В духовке под ней сложены неиспользовавшиеся сковородки, у которых со дна уже слезло всё защитное покрытие.
Рядом с кухней на первом этаже располагается комната Даны. Я знала, что так поступать не стоит, но открыв дверь, обнаружила следующее: вся обстановка говорила о том, что в ней царит полный беспорядок. Это была определенно её комната. На стенах появились многочисленные рисунки с изображениями различных непонятных существ, летающих сущностей в лесу, страшных обезображенных волков, летучих мышей, одноглазых птиц со сломанными крыльями. Подобные изображения порой вгоняли меня в ужас.
Графитные карандаши были разбросаны по всему дивану. Становилось понятно, что тут давно никто не прибирался. Я могла ощутить мандариновый запах от её духов, находящийся в золотом флаконе. Я поежилась. Забавно, что Дана всё еще им пользовалась. Это был её любимый аромат с четырнадцати лет. Я же большую часть времени пахла лосьоном с ромашкой. Другой моей слабостью являлся ромашковый чай.
Зеркало в ванной комнате было закрашено плотным слоем краски грязно-голубого цвета, а в комнате Даны и вовсе не было стеклянных поверхностей. Если бы существовала возможность не замечать все эти странности, то можно было подумать, что наша семья живет самой обыкновенной жизнью. Задаваясь вопросом, привыкла ли я уже к текущему положению дел, я могу ответить, что нет. Всё еще, нет.
Рыбная похлебка со шпинатом и сыром на вкус была просто чудесной, хоть раньше я её никогда и не пробовала.
– Мы старались всё утро.
Бабушка всегда любила готовить с удовольствием. Несмотря на то, что у неё ели заметно тряслись руки, она умело справлялась с кухонной утварью.
– У вас двоих получилось просто восхитительно. Мама так никогда не готовила. Да и я тоже.
– Ты всё еще ходишь в соборы?
Бабушка присела рядом со мной, поставив перламутровый чайник на стол, покрытый льняной голубой скатертью.
– Да. Всё, как обычно. А что?
– Помнишь, здесь неподалеку находится храм святой Екатерины?
– Вроде, да. Я там была пару раз. Если честно, это было очень давно.
– Его отреставрировали недавно. Можешь заглянуть в свободное время. Там внутри стоят просто великолепные витражи.
– Я обязательно зайду. Думаю, у меня будет время.
Тетя Елена стояла около кухонного шкафа с чашкой чая в руках.
– Вот и твоя сестра подошла, – проговорила она, не отрываясь от чаепития.
Я подбежала к окну и увидела Дану с незнакомым мне молодым человеком. Тот стоял, опираясь на мотоцикл. Я могла разглядеть черты его лица. Он был весьма симпатичной наружности. Темно-коричневые волосы доходили ему почти до плеч. Он выглядел старше, чем моя сестра. Возможно, он был даже старше меня.
Они стояли около нашего бедного забора и разговаривали.
Дана была закутана в черный шарф. Она переминалась с ноги на ногу. Я могла её увидеть только со спины. Парень улыбался. Его улыбка была мне приятна. Видимо и ей тоже. Она поцеловала его на прощание в щёчку и направилась к дому.
Сестра быстро вбежала внутрь, не заметив меня, и пролетела мимо. Подобное поведение показалось мне крайне возмутительным. Я с яростью двинулась за ней в её комнату. Бабушка с тётей прибывали в полном молчании, каждая отвела свой взгляд куда-то в сторону.
– Дана! – крикнула я.
– Да?
– По-моему, не так должно приветствовать своих сестер, которые к тебе едут через всю страну.
