Прошло еще две недели. Поднимаюсь на девятнадцатый этаж. Здороваюсь с глумливой секретаршей. А мне все равно. Оказываюсь с ним вдвоем. Опять не остается и следа от правильных мыслей. И лишь какие-то осколки концепции рекламных плакатов. Он сегодня в черном. Я - в белом. За окнами печаль. На столе - творческий беспорядок. В мониторе - цветами радуги переливается заставка. Он смотрит на меня внимательно. А я уже могу сохранять невозмутимый вид. Собираю осколки идеи рекламных плакатов. Он рисует эскизы с моих слов. Красивыми, уверенными линиями. Именно так, как я представляла. Сидим рядом. У него приятный одеколон. И кружатся опять в голове непозволительные дикие мысли, оттесняя все остальные. Я просто не могу думать ни о чем другом, когда он так близко.
- А для этой книги я хочу черно-белую графику в стиле сюрреализм. Что-то, навеянное Дали, Эшером или Марком Шагалом. Или... как объемные рисунки на асфальте. И больше белого. В романе тонко переплетена реальность с иллюзией, и не ясно в итоге, где - что. Каждый может выбирать, во что ему верить.
- Идея графики и книги мне нравится. У вас хороший вкус, - улыбается, смотрит холодно мне в глаза. И хочется закричать, убежать, все что угодно, только чтобы не видеть его таким.
- Спасибо. У вас тоже. А для этого текста я хочу что-то в нежных тонах. Может быть, в стиле "Впечатление. Восход солнца", Моне.
- Я передам ваши пожелания.
- А, впрочем, на усмотрение художника. И где вы их берете? В модельном агентстве?
Улыбается.
- Сами приходят.
А мне пора уходить. И все-таки больше не думать о нем, никогда-никогда.
- Что ж, мы с вами обо всем договорились. Мне пора. Я рада нашему плодотворному сотрудничеству.
Забираю сумку. Иду к выходу. Знал бы он, чего мне это стоит. Идет следом. Чертова вежливость. Лучше бы, может, выгнал меня навсегда. Разорвал контракт. Правда... это было бы не честно по отношению к авторам. Где я еще найду таких дизайнеров? Где-то есть. Но их искать. И даже дело, конечно, не только в этом. Так что мы связаны по рукам и ногам цепями. Поворачивает ключ в двери.
- Не уходи, ты же не этого хочешь, - шепчет. Целует. Роняю сумку на пол. Комната опрокидывается. Забываю о плохом. Не думала, что он мне так дорог. Не хочу больше его терять. Никогда-никогда.
- Чтобы перестать вспоминать о той ночи, ее стоит повторить, - снова смотрит, как тогда.
- Да! Но я оценила твою месть.
- Это просто побочный эффект. Не могу выносить, когда исчезают. И я не хочу ни к кому привязываться. Поэтому решил тебя забыть. А ты все попадаешься мне на глаза!
Снова целует. И мне все равно, что будет потом, раз он не хочет ни к кому привязываться. Я просто хочу быть с ним...
Саша
Прошло недели две. Подкралась "пятница-развратница". Кое-как разгребаю долги по институту. Все свободное время пожирает учеба. Грубо, толком не разжевывая. Те плакаты Рустам сам исправил, получилось в его духе - шикарно. Не знаю, как он протиснул их между встречами и другими делами. После ночного разговора почти не общались. Остаюсь в офисе, если слышу его голос в фойе. Не задерживаюсь допоздна. Света кажется более дружелюбной, видимо, брат на нее повлиял. Да и пересекаемся мы гораздо меньше - я же теперь поселилась у соседей. Там получше. Хотя бы можно дышать. Дима с гитарой очень мил. И мой дизайн мил тоже. В общем, жизнь налаживается. Правда, я страшно скучаю. Иногда он заходит к нам. Иногда - я к нему, по поводу моих работ. Но стараюсь не обсуждать ничего лишнего. Он тоже будто не настроен общаться. И все время занят. Но мне и этих встреч хватает, чтобы все больше им увлечься.
А, сегодня ночью вдруг выпал первый снег! И похолодало изрядно. Люди переоделись в зимнее, деревья припорошило, всюду белым-бело - очень уютно. И настроение какое-то сказочно-праздничное. Все еще кружатся в воздухе крупные хлопья. Обожаю снег! Вообще, все времена года. Будь лето дольше - мне бы надоело. По крайней мере - в Петербурге. А так - лета ждешь, как чертова мать. А осень, когда желтые березовые листья светятся на голубом небе, а под ногами все шуршит и желуди! Затем снег, и будто попадаешь в иной мир, из детских сказок в наши края заброшенный. Огоньки, елки, ожидание чудес и новой жизни. А позже все вдруг оживает, светятся капли, летящие с крыш, и дурными голосами орут под окнами коты.
Днем бреду из института на работу. Впереди семейная пара с дочкой лет четырех. Ссорятся. Громко. Вернее, женщина говорит на повышенных тонах, а мужчина простужен, хрипит или шепчет. Обычно не слушаю чужие разговоры, но сегодня так получилось.
- Оставь меня в покое, Лариса! Давай не при ребенке! - он.
- Она еще ничего не понимает. Скажи мне правду, где ты был?
Интересный взгляд на вещи. Еще как понимает.
- Я же говорю, таксовал. Ты же знаешь, моей парикмахерской зарплаты нам не хватает! Тебе то одно, то другое, то еще какую-нибудь ерунду!
Однако.
- Не верю ни одному слову!
- Ну, и что мне теперь делать с этим? Сплясать тебе?
