Самое странное было то, что ракету они делали точь-в-точь по схеме из журнала. И «горючего» там было совсем чуть-чуть. То ли в самом подвале было что-то взрывчатое, то ли друзья не рассчитали пропорции…
Но тогда об этом никто не думал. Все трое кинулись в подвал. Орковский лежал без движения на бетонном полу. А вокруг дымились какие-то тряпки, бумага и остатки ракеты.
К счастью, все обошлось. Через несколько минут Антон пришел в себя. Всю поездку домой он был сам не свой, пару дней не выходил из дому, но уже на третьи сутки полностью пришел в норму.
— Так вот, — когда друзья мысленно прокрутили в голове те события, Орковский продолжил, — мне кажется, что там, в подвале, в дальнем углу было какое-то зеркало.
— С чего это тебе кажется? — засомневался Спринтер. — Лично я там ничего такого не увидел.
— Просто в подвале было темно, — ответил Орковский. — А я помню, что когда ракета рванула, в дальнем углу сверкнуло что-то большое и круглое. Я сейчас так ясно это вспомнил, что даже не сомневаюсь — это было зеркало.
— Хорошо, — согласился Денис. — Но почему ты думаешь, что это именно то зеркало?
— А ты подумай сам, — принялся объяснять Орк. — Больше ничего мистического с зеркалами мы не можем вспомнить. А тогда и впрямь было полно странностей. И главная из них — что же так рвануло? Вполне может быть, что это какое-то необычное зеркало. Именно оно и усилило эффект. Я отлично помню, что меня отбросило волной не со стороны ракеты, которая крутилась сбоку, а из того самого угла. К тому же этот взрыв мог «разбудить» зеркало. И вообще, взрыв — это ведь самое настоящее разрушение. Это тоже подходит под схему Хранителя.
— Пожалуй, действительно подходит, — Денис немного подумал. — От Тенистого до Зареченска пять часов на электричке. А двойника Юрки сбило машиной в тот же вечер, когда Шишкин пришел ко мне. И примерно в тот вечер, когда он перестал отражаться… В принципе, все сходится. Но почему прошло целых полгода?
— Откуда нам знать, как проходит этот процесс? — пожал плечами Орковский. — Но ничего более подходящего мы все равно не вспомнили.
— Уж лучше бы вся проблема была в выжигании Юркой по дереву, — пробормотал Спринтер. — Тогда бы не пришлось тащиться черт знает куда.
На станцию «Зареченск» друзья успели удачно: едва они купили билеты до «Тенистого», как подошла электричка.
Почти всю дорогу они молчали. Один только Спринтер пытался время от времени шутить, но, так как остальные реагировали весьма вяло, он тоже вскоре умолк.
Наконец, электричка не спеша добралась до «Тенистого».
Из всего состава только они вчетвером вышли на этой станции.
— Не слишком-то здесь людно, — протянул Спринтер.
— Кстати, — Денис поправил рюкзак на спине, — интересно, почему это место называют «Тенистым»?
— Кто ж его знает, — пожал плечами Орковский, — может, потому что здесь везде еловый лес? Темно, много теней…
— Угу, подходящее название для нашей экспедиции, — хмыкнул Т-300. — Ну что, приступим к расследованию?
— Подождите, — отмахнулся Денис и направился к перронной кассе.
— Скажите, пожалуйста, — обратился он к кассирше, женщине лет тридцати, которая лениво просматривала газету. — Когда будет следующая электричка до Зареченска?
— Припозднились вы, ребята, — улыбнулась та. — Последняя уже ушла. Так что обратно уедете только завтра, в полвосьмого.
— А сегодня уже никак? — не поверил Денис.
— Никак, — безразлично пожала плечами кассирша и снова уткнулась в газету.
Леонов отошел от кассы и осмотрелся по сторонам: до городка нужно было идти несколько километров по лесной дороге. Вокруг не было ни души, если не считать кассиршу. Высоченные ели тянулись плотной стеной по обе стороны рельс.
— Подожди-ка, мальчик, — внезапно окликнула Дениса кассирша.
— Да? — Леонов повернулся к кассе в тайной надежде, что им удастся все-таки уехать сегодня и не придется проводить ночь черт знает где.
— Это твое? — она протянула из окошка светло-синюю бейсболку с эмблемой молнии над козырьком.
— Да нет, что вы… — начал было Денис, собираясь объяснить, что он здесь уже полгода не был. И осекся: это была его бейсболка! Самое удивительное было в том, что он забыл ее прошлым летом на… даче! Как она могла оказаться здесь, на станции Тенистое, было абсолютно непонятно.
С секунду Денис молчал.
— Мое, — наконец промолвил он.
— Ты ведь ее вчера здесь забыл, — улыбнулась кассирша. — Купил билет до Зареченска и, пока ждал, оставил на лавочке. Хорошо, что у меня отличная память на лица. К тому же мало кто ездит в нашу глушь.
— Спасибо, — только и буркнул Леонов.
— Не за что. У тебя здесь, наверно, родственники? — внезапно разговорилась кассирша.
— Да, да… — рассеянно ответил Денис, которого озарила неожиданная мысль. — Скажите, а вон тот мальчик, — он указал на Т-300, - здесь ничего не терял? Он дня три назад тоже тут был и посеял пакет с учебниками.
— Этот? — кассирша нахмурилась. — Точно, был такой. Он, кстати, тоже оттуда, из леса вышел на станцию. Копаете вы там, что ли? Говорят, у нас тут клады были запрятаны еще в семнадцатом веке, вот до сих пор и копают…