— Эй, парень, — обратился тогда Денис к одному из младшеклассников. — Прочитай, что здесь написано.
Тот с опаской приблизился к Леонову и посмотрел в тетрадь:
— Ярко светит… — начал было он.
— Все, хватит. Не надо, — отрезал Денис, и мальчишка тотчас умолк. Его друзья внимательно посмотрели на Дениса и быстро ретировались с подоконника, решив не связываться со странным старшеклассником.
«Что же происходит? — думал Денис. — Если я уже в реальности начинаю писать словно в Зазеркалье, значит, дело совсем плохо. Надо срочно что-то делать, иначе я скоро буду вполне готов к отправке на ту сторону зеркала. И, сдается мне, отражение не преминет этим воспользоваться».
Вздохнув, Денис снова принялся писать и читать все ту же дурацкую фразу. Так он до самого звонка извел уйму бумаги, но не добился никаких результатов.
— Ты что это, Деня? — первым вылетел из класса и тут же подскочил к подоконнику Макс Шипов, низкорослый черноволосый паренек. — Лучше с Сычом такие шутки не шутить! Двойку она тебе, конечно, сейчас не поставила. Но потом эти закорючки тебе обязательно припомнит.
Денис лишь пожал плечами, ничего не ответив. И Макс отправился следом за одноклассниками в столовую — началась большая перемена.
Орк вышел из класса одним из последних.
— Мое отражение писало так же? — без лишних предисловий спросил он.
Денис удрученно кивнул и, сунув тетрадку обратно в рюкзак, спросил:
— Слушай, как это со стороны выглядело?
— Ну, — Антон задумался, — я сначала не смотрел. А потом слышу — все зашептались. Смотрю — ты вместо латыни какие-то закорючки выводишь.
— То есть я с самого начала писал этими значками? — уточнил Денис.
— Ага, — подтвердил Орковский.
— Значит, это не надпись изменялась, — уныло пробормотал Денис, — а я целую минуту писал и читал по-зазеркальному.
— А сейчас? — поинтересовался Орк. — Уже пробовал?
— Конечно, — усмехнулся Денис. — Все в порядке. И для других тоже.
— Больше ничего странного не заметил? — продолжал Антон.
— Заметил, — кивнул Денис. — Когда я хотел в учебнике решение подглядеть, там тоже все в иероглифы превратилось.
— Похоже, на пару минут ты как бы частично оказался в Зазеркалье, — глухо произнес Орковский. — Именно поэтому ты не смог разобрать шрифт учебника. И сам писал по-ихнему. А когда пришел в себя, то, конечно, не смог разобрать написанное. Логично? — он снова напряженно заглянул Денису в лицо, и тот готов был поклясться, что в глазах Орка мелькнул страх.
— Угу, логично, — уныло согласился Денис, чувствуя себя хуже некуда — уж если Орк тревожится, то значит, дело плохо. — Вот только что теперь делать-то? Вдруг в один прекрасный момент я внезапно полностью окажусь в Зазеркалье?
— Именно поэтому тебе надо избегать этих самых вещих снов! — заявил Орковский. — И, конечно, быстрее исправлять искажение.
— Искажение, черт возьми! — внезапно осенило Дениса. — Орк, кажется, я знаю, в чем дело!
Друг непонимающе уставился на Леонова. А тот выхватил из рюкзака пустой DVD-диск, валявшийся там уже месяца три, и принялся вертеть его в руках.
— Что такое? Говори, давай, чего ты там понял! — возмутился Орковский.
— Мой двойник уже в нашем мире, — упавшим голосом объявил Денис, в тайне надеявшийся, что его предположение не оправдается. — Я тоже перестал отражаться!
Денис хотел было сразу отправиться домой, но, к несчастью, в коридоре ему попался завуч Аркадий Петрович.
— О, Денис, — начал тот, и Леонов понял, что ничего хорошего ждать не приходится. — Соизволил появиться в школе? Пойдем-ка ко мне в кабинет. Поговорим о твоем поведении.
В другое время Денис, пожалуй, отреагировал бы более эмоционально. Но сейчас он и без того чувствовал себя хуже некуда. И даже все завучи мира, вместе взятые, не смогли бы его расшевелить.
Денис лишь мрачно кивнул и направился за Аркадием Петровичем на первый этаж.
Кабинет завуча был под стать хозяину: строгий, идеально чистый и совершенно неуютный. Гладкий, блестящий письменный стол был абсолютно пуст, если не считать громоздкого настольного календаря, в шкафах за стеклянными дверцами виднелись какие-то папки, расставленные строго перпендикулярно, на каждом корешке поблескивали прозрачные ярлычки с надписями. У стен по стойке «смирно» тянулся ряд стульев на совершенно одинаковом расстоянии друг от друга, как будто завуч его специально вымерял. Даже обои в кабинете были однотоннобелые, в цвет идеально выбеленному потолку.
— Ну, Денис… — если бы завуч знал, как мало внимания ему сейчас уделяет Денис, то, пожалуй, очень удивился, а может, даже растерялся бы. — Рассказывай, как ты докатился до жизни такой.
— А что я сделал? — автоматически ответил Денис, думая о своем отражении, которое наверняка теперь доставит ему массу проблем.
— Что же ты всю неделю в школу-то не ходишь? — с неприятной ухмылкой поинтересовался Аркадий Петрович.
— Болел, — буркнул Денис. — Разве Марья Ивановна вам не говорила?