— Я всегда нейтрален, — абсолютно спокойно и даже отрешенно возвестил старик. — Я — Хранитель Грани, и для меня оба мира по ее сторонам совершенно равнозначны. Но неужели, — в голосе его послышалось ехидство, — ты думаешь, что достаточно только разбить зеркало, и на этом все кончится? Зеркала — всего лишь форма прохода. После их уничтожения никто не сможет пройти обратно. Но сущность прохода останется невредимой, и в этой точке Грань так и останется нарушенной. Это исправить могу только я.
Каким-то шестым чувством Денис понимал, что старик тянет время. Значит, он на их стороне. Но что толку-то? Или все-таки можно что-то предпринять?
— Так что проход закрою именно я, — продолжал Хранитель. — Как только вы определитесь, кто из вас останется здесь, а кто уйдет на ту сторону.
— Мы уже определились, — хмыкнул двойник Орковского, — и нам, пожалуй, пора…
В этот миг Дениса внезапно осенило:
— Юрка, — горячо зашептал он, — оглуши Орковского!
— Но как? — уныло переспросил Т-300. — До него не добраться!
— Не того, а настоящего, нашего! — скороговоркой выпалил Денис. Больше всего он боялся, что Шишкин начнет сомневаться и выспрашивать, тогда момент будет упущен.
— Что такое? — слабым голосом поинтересовался настоящий Антон. — Что значит — оглушить?…
— Быстрее! — чуть не закричал Денис.
Четыре отражения одновременно повернулись к друзьям, не понимая, что вызвало у них такое оживление.
Дальше все происходило как в замедленной киносъемке: Шишкин, не вдаваясь в подробности (как ему за это был благодарен Денис!), подхватил с земли увесистую корягу, широко размахнулся и со всей силы огрел Антона по затылку. Тот рухнул как подкошенный, так ничего и не успев понять.
Несколько секунд остальные стояли в полном оцепенении.
Но когда Денис подхватил Орковского за плечи, а двойник Антона со стоном завалился набок, время помчалось словно наперегонки.
— Вперед, ребята! — заорал Леонов. — Спринтер, хватай Орка за ноги!
Эффект неожиданности сыграл огромную роль: отражения, окружившие остров, качнулись вперед, но не успели. Двойники друзей наклонились к своему вожаку, который лежал без сознания, как и его хозяин. И только потом двинулись навстречу своим хозяевам.
И тут Шишкин показал, что не зря ходил на всевозможные тренировки: огромная коряга, лихо описав полукруг, отбросила в сторону двойника Т-300, который, даже не успел среагировать. Отражение Спринтера Юрка так толкнул, что оно полетело вверх тормашками и растянулось на сырой земле. Двойник Дениса получил мощнейший удар в челюсть и рухнул как подкошенный.
А настоящие Денис и Спринтер изо всех сил спешили за Т-300. Волочить тщедушного Орковского было невероятно тяжело, и Денис про себя возблагодарил небо за то, что им не приходится тащить на себе Шишкина.
Похоже, раны у отражений заживали действительно мгновенно — все, кроме псевдо-Орковского, уже мчались вдогонку.
Но друзья успели проскочить в подвал. Денис обернулся — за суетящимися отражениями возвышался Хранитель, который бесстрастно наблюдал за происходящим, скрестив руки на груди.
На ступеньках Спринтер запнулся и чуть не уронил Антона, но, к счастью, удержался на ногах. Первым к зеркалу подбежал Т-300. Однако он не стал сразу прыгать в голубоватую рябь поверхности, а с корягой в руках дождался друзей. Денис и Спринтер швырнули в мутное стекло Орковского, потом уже Краснов шагнул на ту сторону, за ним Т-300 и, наконец, Денис.
За спиной послышались разъяренные вопли, но отражения безнадежно отстали — друзья уже покинули Зазеркалье.
Конечно, Денис ожидал увидеть перед собой подвал заброшенного театра. Поэтому он страшно удивился, когда вместо темного сырого помещения они оказались в странном зале, непонятно где. На первый взгляд комната была самой обыкновенной. Вдоль стены — стеллаж с полками и книгами, как полагается, чуть поодаль — письменный стол, самые заурядные стулья, под потолком люстра. Но вот окно…
Леонов ошалело уставился на туман, клубившийся снаружи. Можно подумать, будто комната висит где-то в пустоте или в облаках!
— Где мы? — Т-300 с корягой в руках вопросительно посмотрел на Дениса.
— Хотел бы я знать, — пробормотал тот. — Будем надеяться, что не в Зазеркалье.
— Как ты догадался, что нашего Антона надо вырубить, — восхитился Спринтер, он уже полностью оправился от потрясений и даже повеселел. — Получается, он все еще был хозяином, раз это так отразилось на двойнике?
— Получается, был, — согласился Денис. — Иначе бы не сработало. Но все благодарности Хранителю. Он был на нашей стороне и специально привел настоящего Антона, а потом тянул время в надежде, что мы додумаемся.
Т-300 отложил свое оружие и принялся заботливо осматривать Орковского.
— Крепко я его приложил, — наконец заключил он. — Но ничего страшного, скоро придет в себя.
Денис подошел к стеллажу и принялся задумчиво изучать книги. К сожалению, все они были написаны печально знакомыми иероглифами.
Но, несмотря ни на что, Леонов впервые за последнюю неделю почувствовал себя в безопасности. Почему-то он был уверен, что все неприятности позади.