– Эта палата с балкончиком, – принялся выкладывать свой план Денис. – И совсем рядом проходит водосток. Вполне такая надежная труба… А этаж всего лишь второй.
– Ну… – с сомнением протянул Орковский. – А если кто увидит?
– Ничего криминального мы не делаем, – парировал Денис. – За лазанье по трубам в тюрьму не сажают. Двое полезут, а один… вернее, двое сторожат, – поправился он, с сомнением покосившись на Спринтера. – Хуже, если нас увидят псевдородители Юрки. Но тут уж нам надо постараться. Чувствую я, что на этого двойника позарез надо посмотреть. Согласны?
– Угу, – выразил общее мнение Шишкин. – А что во-вторых?
– А во-вторых… Пусть сначала Леха расскажет, что у него произошло, – Денис решил приберечь пергамент напоследок.
По поскучневшим лицам Орка и Т‑300 Леонов догадался, что Леха им уже все уши прожужжал своими призраками. Зато сам Спринтер с явным удовольствием принялся рассказывать.
– Началось с того, что я вчера потерял сотню. Это было первое загадочное событие, за которым последовало все остальное.
– Что за чушь! – возмутился Денис. – Давай по существу! Ничего странного в твоей пропаже я не вижу.
– Не скажи, – помотал головой Леха. – Я деньги никогда не теряю. Я их, наоборот, нахожу.
– Тьфу! – разозлился Денис. – Ты давай про призраков, а не про деньги.
– Будут тебе призраки! – обиделся Спринтер. Орковский и Шишкин смотрели на него с явным злорадством. – В общем, я по дороге домой потерял сто рублей. Обнаружилось это, само собой, только дома, и возвращаться было уже бесполезно. – Спринтер вызывающе посмотрел на Дениса – дескать, «все равно по-своему расскажу». Но тот предпочел промолчать, понимая, что на спор уйдет гораздо больше времени.
Не дождавшись возражений, Спринтер продолжил:
– Родители были на работе. Я быстро соорудил себе обед и устроился у телевизора. Там что-то про дикую природу было. В общем, сижу, смотрю, как всякие тигры и леопарды резвятся, и вдруг слышу тихое подвывание. То ли собака за окном, то ли еще кто – я в биологии не секу. Мне сперва даже показалось, что это телевизор глючит. Выключил его – нет, продолжают выть, причем откуда-то из зала! На соседей тоже вроде не похоже, – Спринтер рассказывал с явным удовольствием, словно не о себе, – они обычно часов в одиннадцать выть начинают и по батареям стучать, когда я музон по полнякам врубаю. А тут всего четыре дня – не сезон. Иду я в зал и… – Спринтер выдержал театральную паузу.
– И что? – подтолкнул его Шишкин.
– И вижу, что зеркало как-то странно плющит, – радостно продолжил Спринтер так, будто говорил о каком-то удивительно приятном событии в своей жизни.
– Что значит «плющит»? – не понял Леонов.
– А то и значит, – разглагольствовал Краснов. – У него поверхность какой-то рябью шла, словно вода на ветру. Я, конечно, поначалу слегка опешил. Не каждый день такое увидишь. И только в себя пришел – смотрю, а из зеркала еще и лезет что-то. Такое прозрачное, словно пленка, только летающая.
– А ты что? – заинтересовался Денис.
– Гм… – замялся Спринтер, – само собой, я из квартиры выскочил, на всякий случай. Мало ли, что эта летающая занавеска натворит.
– А дальше? – нетерпеливо подгонял друга Леонов.
– Дальше? Минут через десять я осторожно зашел обратно – все было в порядке. Зеркало как зеркало. Ничего из него не лезло. Так что я решил, что у меня был своего рода глюк.
– Тут каждый решит, – хмыкнул Шишкин, который слушал историю без малейшего интереса.
– А сегодня, как только родители ушли на работу, из зеркала опять эта дрянь полезла. Только в этот раз она еще и на меня налетела и даже обожгла, – Спринтер закатал рукав и показал длинный, от локтя до самого запястья, свежий ожог. – Я долго думать не стал, выскочил в коридор, набросал предкам записку – и сразу к тебе.
– Сделали из дядиной квартиры какое-то убежище, – пробормотал Денис. – А больше никаких странностей? Тебе Юрка с Антоном их наверняка описали.
– Нет, ничего такого, – развел руками Леха. – Отражение на месте, родители пока тоже вроде не свихнулись и убивать меня не собираются. Разве что временами, когда меня из школы выгнать хотят… Но это к делу не относится.
– Понятно, – заключил Денис. – Ну, а у меня для вас еще один сюрприз.
– Что такое? – выпал из спячки Орковский.
– Во-первых, на дверях моей квартиры тоже намалевали злосчастную пентаграмму – как у Юрки.
– Да ты что! – восхитился Антон. – Может, съездим, посмотрим?
– Зачем? – не понял Денис.
– Как зачем? В жизни не видел настоящую пентаграмму, да еще нарисованную с мистической целью! Книги и фильмы – это все не то, – с явным воодушевлением объяснил тот.
– Слушай, Орк, – нахмурился Денис, – я бы посмотрел на тебя, если б на твоей двери ее нарисовали.
– Да ладно, ладно, – тут же пошел на попятную Антон. Дух исследователя в нем заметно угас. – Это я так, думал, может, исследуем ее.
– А во-вторых, – продолжал Денис, – кажется, у нас появился неизвестный доброжелатель, ну, или, по крайней мере, нейтральная сторона.
– С чего ты взял? – заинтересовался Орковский.
Шишкин и Спринтер тоже непонимающе уставились на Леонова.
