Она сонно свернулась калачиком под одеялом, убаюканная тишиной, и наслаждаясь, кроме всею прочего, тем, что эта кровать принадлежит сейчас только ей одной. С тех пор, как она вышла замуж за Артура, ей больше никогда не приходилось спать одной. Где-то в глубине ее сознания мелькнула мысль о том, что сегодня вторник. Уже проваливаясь в сон, она отметила про себя, что ветер наконец стих, а дождь перестал барабанить по закрытым ставням. Последнее, что она услышала в тишине дома, это щелчок двери в башенной комнате.
Среди ночи она проснулась от крика. Ей показалось, что кто-то кричал в темноте. Она лежала некоторое время напряженно вслушиваясь.
Но в доме было тихо. Буря прекратилась. Все замерло.
Она вновь погрузилась в сон.
На следующее утро Кэрри проснулась в большой затемненной комнате и в первое мгновение не могла понять, где находится и как здесь оказалась. Слабый утренний свет пробивался сквозь щели в ставнях. В доме стояла тишина. Где-то далеко бодро пропел петух, возвещая о начале нового дня.
Она сладко потянулась и взглянула на высокий оштукатуренный потолок, припоминая, где же она.
Лео… Лео здесь. Наконец-то она не одинока.
Внезапно ощутив прилив радости, она отбросила одеяло в сторону и босиком пробежала по холодным каменным плитам к окну. Нетерпеливо повозилась с щеколдами ставней и наконец они распахнулись с протестующим скрипом заржавевших петель.
Кэрри замерла, затаив дыхание.
Небо было ясным и светлым. Прямо перед ней простиралось холмистое предгорье Гарфагнан. Солнце еще не коснулось высоких вершин на востоке, но воздух, пронизанный его лучами, был свеж и удивительно прозрачен. Потоки воды каскадами ниспадали со склонов гор, сверкая и искрясь, перекатываясь с камня на камень и сияющими лентами спускаясь в лощины, чтобы исчезнуть в омытых дождем лесах и влиться в переполненную и пенящуюся реку. Покрытые черепицей крыши Сан-Марко в беспорядке сгрудились у подножия горы. Из труб тянулись стройные дымки. Где-то вдалеке пела женщина.
Она оперлась локтями на подоконник и высунулась из окна, длинные волосы повисли, закрывая лицо. Совсем, как в детстве.
Внизу в долине, вдоль берега полноводной Лимы, раскинулся городок Багни-ди-Лукка, пряча в тени деревьев и садов свои дома. Сверху они казались разноцветными детскими кубиками, разбросанными рукой озорного малыша. Она увидела дорогу, бегущую рядом с рекой, заметила также петляющую меж деревьев колею, по которой добиралась до дома вчера вечером. Сводчатые мосты поднимались над стремительным потоком, в какой превратилась раздувшаяся после дождей Лима, и бурные воды бились о каменные опоры, простоявшие здесь несколько веков.
Над вершиной горы на востоке появилось солнце, прорезая долину косыми лучами света.
Она улыбнулась в полном восхищении.
— Эй, соня. Ты собираешься когда-нибудь спуститься к завтраку?
Она посмотрела вниз. Там, на подъездной дороге из гравия, запрокинув голову, стоял Лео в рубашке с короткими рукавами и брюках из шерстяной фланели. С высоты его стройная фигура казалась совсем маленькой.
Она помахала ему рукой.
— Я уже иду! Подожди меня, я иду!
Она кинулась к чемоданам и бросила один из них на кровать. Открыв его, она схватила брюки и легкий джемпер, оставив в беспорядке аккуратно сложенную накануне одежду, и захлопнула крышку, из-под которой остался торчать рукав блузки. Чувствуя необычайный прилив энергии и пританцовывая от возбуждения, она натянула одежду, провела щеткой по волосам и сунула ноги в поношенные сандалии, нетерпеливо подпрыгивая на одной ноге, не в силах быстро справиться с узким ремешком. Потом стремглав выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице.
— Лео! Лео, где ты?
Он был на кухне. Когда она вихрем ворвалась в комнату, он поднял голову и улыбнулся. На столе не осталось и следа от вчерашней трапезы. На тарелке уже ждал свежий хлеб и нарезанный крупными ломтями сыр. На плите заваривался свежий кофе, наполняя воздух таким ароматом, что у нее потекли слюнки.
— Доброе утро, — пропела она. — Доброе утро, доброе утро, доброе утро!
Он широко улыбнулся.
Кэрри обогнула стол, чтобы запечатлеть легкий поцелуй на его щеке.
— Боже, как я голодна! Как волк. — Она отломила кусок теплого хлеба. — Какой чудесный хлеб! Свежий!
— В Сан-Марко есть булочная. Совсем недалеко, и хлеб там всегда очень вкусный.
— Ты уже куда-то ходил?
— Уже? — Он подошёл к столу с кофейником и усмехнулся, глядя на нее. — Ты знаешь, сколько сейчас времени?
Она покачала головой.
— Десять часов.
Она уставилась на него с полным ртом.
— Не может быть.
— Тем не менее, это так.
Она приложила ладонь к губам, сдерживая смех.
— Я спала до десяти часов? О, Лео, возможно ли это? Ужасно! Что бы подумал Артур? К тому же я не умылась и не почистила зубы! О, извини… — она замолчала и опустила голову, неожиданно почувствовав, как краска смущения заливает ей лицо. — Я веду себя, как ребенок.
Он шутливо взъерошил ей волосы.
— Что в этом плохого?
