Сам факт их практически совместного проживания едва ли не с первых дней (расставание обоим давалось с трудом, а попытки ограничиться вечерними разговорами заканчивались тем, что Драгнил просто срывался и приезжал), нисколько не смутил Нацу. В отличие от осознания, что происходит это не совсем так, как ему хотелось: это Люси должна была переехать к нему, а не наоборот! Ведь обычно именно так и случается — либо пара обосновывается у молодого человека, либо съезжается на нейтральной территории. Квартирка на третьем этаже старого особнячка ему, без сомнения, нравилась, но желание поступить по-своему пересилило. И он повёз Люси посмотреть его хоромы, надеясь, что девушка не устоит и уговорить её переехать не составит труда.
С первых же минут стало понятно — его план провалился: Люси ходила из комнаты в комнату, без особого энтузиазма рассматривая ультра современную обстановку. Единственным, что её по-настоящему заинтересовало, были фотографии: родителей, Эльзы, Джерара, Ур… Она долго стояла около них, потом отошла к окну, повернувшись спиной, чтобы не видно было лица. Нацу обнял её, потёрся щекой о макушку.
— Что-то не так? — спросил он.
— Нет, всё в порядке, — последовал ответ, слишком быстрый, чтобы быть правдой.
— Переезжай ко мне, — всё же сказал Нацу и тут же поспешно добавил, почувствовав, как напряглись девичьи плечи под его руками: — Может, не сейчас, чуть позже. Мне бы этого очень хотелось.
— Прости, но… я не могу…
— Почему? — сердце кольнула вполне понятная обида. — Из-за того, что здесь бывали другие женщины? Мы можем всё поменять, сделать так, как тебе нравится. Для меня главное, чтобы ты была счастлива.
— Я знаю и ценю это, — Люси, развернувшись, посмотрела ему в глаза. — Поверь, твоё счастье важно для меня не меньше. И мне правда всё равно, сколько и каких женщин было у тебя до нашей встречи. Но переезд сюда… Это как сбежать из дома, бросить всё, что дорого, отказаться от себя. Дело ведь не в мебели или обоях — вещи сами по себе ничего не значат. Не они остаются в нашей памяти, а события, люди, чувства. Та квартира не просто место, где я жила до встречи с тобой. С ней связано так много: мой дебют в «Хвосте Феи», знакомство с Леви, наша первая ночь… Понимаю, как по-детски смешно и глупо это звучит, но я пока не готова к таким переменам, Нацу. Не заставляй меня, пожалуйста.
И он не смог ей отказать. Не стал давить и выдвигать условий. В конце концов, так ли уж важно, на какой кровати они будут спать или по какому телевизору смотреть фильмы по выходным? Люси зря переживала — её чувства не казались ему глупостью или капризом, потому что Нацу и сам испытывал нечто подобное, успев привязаться к их маленькому гнёздышку сильнее, чем к своим шикарным апартаментам. А ещё в тайне надеялся, что однажды они с Люси вместе построят новый дом — позже, когда их мирок готов будет стать на одного человека больше.
Нацу растёр лицо ладонями и, устало вздохнув, поднялся с дивана в гостиной, на который присел, устав ходить по квартире — пора приниматься за дело. Надо собрать личные вещи, подарки, которыми они обменивались, кое-какие мелочи. Но прежде следует найти дневник. Скорее всего, Люси хранила его в спальне. Оттуда и стоит начать.
Дневник лежал в верхнем ящике стола. Тёмно-синяя тетрадь с картой звёздного неба на обложке. Нацу на секунду замер, согревая в руке ключик, будто давая себе последний шанс передумать. «Открывай! Смелее!» — подбодрил внутренний голос, отметая последние сомнения.
— Прости, если я что-то не так понял, — слетело с губ запоздалое раскаяние — взгляд уже бежал по ровным, старательно выписанным строчкам, погружая в чужой, но весьма привлекательный мир.
Первая запись была сделана почти три года назад, знаменуя собой приезд Люси в город:
«Привет, Магнолия! Ты готова? Пришло время исполнять свои заветные мечты!».
В другой она поясняла:
«Этот блокнот подарил мне папа перед самым отъездом. Он сказал: «Я верю в тебя. Верю, что ты добьёшься всего, чего хочешь, как бы трудно не было. Ты сильная и смелая девочка. Но порой даже лучшим из нас нужна поддержка. Пусть я хотя бы так буду с тобой. Станет грустно или тяжело — посмотри на эту карту, вспомни, как мы любовались созвездиями, как я рассказывал тебе о них. Пиши здесь обо всём и помни, что я люблю тебя». Спасибо, папа, за эти слова и всё, что ты делал для меня. Я тоже тебя очень сильно люблю».
Люси скучала по дому и несказанно обрадовалась, когда нашла эту квартирку:
«Едва переступив порог, я поняла, что мои поиски окончены. Хозяйка предложила сделать ремонт и сменить мебель (квартира долго стояла закрытая), но мне удалось убедить её, что в этом нет необходимости– вещи подобраны идеально и со вкусом, а пыль не такая уж и большая проблема. Здесь всё так близко и знакомо. Я словно вернулась домой».
События, люди, даты. Записей было немного — очевидно, Люси, желая как можно дольше пользоваться отцовским подарком, заносила в него только самое дорогое. На одной из страничек мелькнуло его имя.
