В несколько длинных скачков Рут пронесся по берегу и вонзился вытянутой мордой в прилив, утягивая за собой фарлала, обвившего его шею. Шорох воды пронесся в ушах Ролла. Он вдохнул, наполняя грудь соленой водой, обжигая легкие. Попав в родную стихию, Рут все же послушно уступил требованию хозяина. Протавр замедлил движение под водой, выбрасывая задние лапы не так яростно, как при быстром беге на суше. Неспешно, давая возможность воину привыкнуть к смене источника воздуха, он отталкивался от плотной морской стены, перевернулся несколько раз вокруг своей оси и успокоился в ожидании новых приказаний. Отвыкший дышать под водой, Ролл предпринял попытку вынырнуть на поверхность, чтобы облегчить жжение в груди, но словно почувствовав состояние хозяина, Рут дальше утянул его глубже, задерживая отступление Ролла.
Первый вдох дался с большим трудом, напор воды, обильно сдобренной кислородом, казалось, разорвет легкие. Воин всхлипнул, и воронка опустилась на дно груди, раздав порцию спасительного воздуха. Он оглянулся, отряд бесстрашно последовал его примеру. Никто не смел ослушаться немого приказа идти к кошарам под водой. Ценой собственной жизни предки фарлалов избавили моря от грозных хищников, грозящих истребить запасы драгоценной рыбы, хребет которых переплавлялся в самый крепкий в мире металл. Фарлалы не были приспособлены в жизни под водой, но некоторое время их легкие могли подпитываться кислородом из воды. Иногда этот прием использовали во время внезапных атак шалфейев, чтобы укрыться в озерах и реках от обрушивающих бесчисленную армию стрел на голову разведывательных походов.
Неудобства, вызванные резким погружением, прошли, и Ролл направил отряд вперед. Он еще крепче ухватился за Рута, если он упустит животное, то не сможет подняться на поверхность - снаряжение и доспехи утянут его в темную пучину моря. Кроме шороха воды, были слышны только громкие крики с берега - наверное, Хоут собрал воедино все знакомые ему оскорбительные слова, дабы описать своё отношение к поступку брата. Ролл только сомкнул рот и налег на спину животного. Рут растолковал это движение по-своему и еще быстрее заработал мощными лапами.
Круглый, как яркое сердце Маравы, кошар опустил подъемный мост и принял на борт отпружинившего из воды Рута. Их встретили двое фарлалов, один потянул удила, помогая животному вытянуть за собой хозяина. Ролл повалился на доски и закашлял, выплевывая соленую воду; огненный ком встал поперек горла. Качаясь, он ухватился за протянутую руку одного из воинов, стороживших кошар, и отполз внутрь, освобождая дорогу для других. Последовали свисты протавров, успешно добравшихся до кошара.
Ролл сплюнул и сбросил себя кольчужную рубаху, в то же время стаскивая сапоги. Все еще покачиваясь от резкого подъема, он начал помогать остальным карабкаться по скользкому мосту. Он заметил, что отряд Хоута уже высаживается на втором кошаре.
- Ну что, брат, как тебе прогулка? Теперь, по-моему, мы пахнем одинаково! - прорычал Ролл, вновь закашлялся, рассмеявшись.
Только что вынырнувший Хоут лишь бросил на Ролла полный злобы взгляд. Его вырвало на мосту. Он повернулся и что было сил крикнул в ответ:
- Ты безумен - полное повреждение мозга!!
Ролл подтвердил предположение Хоута жестом и скрылся в глубине кошара, пройдя по широкому коридору, поднялся по скрипучей деревянной лестнице, ведущей на второй уровень. Отсюда, через бойницы, было удобно наблюдать за добравшимся до кошара отрядом.
Он остался доволен тем, что справился с подводным плаваньем, хотя последний раз проделывал это при походе на соколиные земли несколько лет назад. Соколы вступили в сговор с шалфейями и ночью напали на их лагерь. Ролл не мог нарушить приказ Кронула - ни при каких обстоятельствах фарлалы не смели атаковать первыми. Может быть, когда-нибудь Роланд поймет его политику и причину, по которой тот яростно противостоит насилию.
Когда последний воин взошел на судно, мост подняли, и те, что успели придти в себя, налегли на рычаги, приводя механизм в действие. Ролл спустился обратно вниз и сел на длинную скамью напротив одного из фарлалов, уже вовсю накручивающим "шарманку"; Роланд потер ладони и взялся за рычаг со своей стороны. На смену проклятьям и стонам наглотавшихся водой воинов пришел еле слышный гул; за ним последовал лязг выдвигающихся крыльев, кошар покачнулся. Пустующие места заняло еще несколько фарлалов. Рычаги начали приводить в движение боковые крылья. От сильного напряжения вены вздулись на руках Ролла, он оскалился, налегая на рычаг с новой силой. Несколько проворотов, и механизм запустится, а потом подкачивать его будут всего несколько рук.
