«Бороться, бороться, бороться, пока не покинет надежда» — это все, что остается Штопору. Архонт нанес свой удар, хотя он снова промахнулся, и Рэм выжил, но погибли его друзья. Времени больше нет, ресурсов нет, ничего нет, кроме желания вырвать электронную душу из сервера Искусственного Разума, который перешел все границы.
Багги съехала с телепортационной платформы и остановилась. Рэм осмотрелся и выбрался из машины, не забыв прихватить с собой автомат. Ничего нового — подземный уровень под управой маленького городка, спутника Арана. До места назначения еще километров сто. Комитет по встрече впечатляющий — оператор при роботе, серьезном таком, пилотируемом шагоходе трех метров в высоту и увешанный оружием, как новогодняя елка шарами, хотя на Рояксе нет такой традиции, но ведь это он для себя антологию провидит. Тут и крупнокалиберная пушка, один выстрел из которой багги разметает по всему помещению в виде обломков не крупнее ладони, и здоровенный скорострельный пулемет, рукав питания которого уходит к внушительному коробу за спиной робота, за минуту эта пятиствольная установка, судя по калибру — миллиметров десять, способна выпустить просто невероятное количество пуль. Поскольку система на разгонных кольцах, он даже не перегреется. За левым плечом шестигнездовой контейнер с полуметровыми ракетами, которые средний танк разнесут с половины залпа на дистанции в десяток километров. Ну и заключительный штрих — над правым плечом гиганта внушительная плазменная пушка, серьезная такая, один залп, и от багги останутся только воспоминания, ни обломков, ни кусков тел, просто пустое место с трехметровой воронкой в каменном полу. И сейчас все это богатство наведено на него и Граю с БАРом.
— Цель визита в Лонхар? — считывая браслеты, поинтересовался оператор, не покидая своей зоны безопасности за пультом, причем Рэм впервые видел подобные меры безопасности, мощные силовые экраны, которые, скорее всего, активируются, когда прибывают гости или груз.
— Транзит. Переночуем, и дальше поедем.
— Правила поселения просты: тяжелое оружие оставляете в комнатах, с собой нож или пистолет, это касается и боевого робота. Но применять оружие запрещено, только в случае самообороны, когда других вариантов не остается. За применение оружия против жителя поселка, если это не является самообороной, смертная казнь. В полночь начинается комендантский час, запрещено покидать место, где вы находитесь, до шести часов утра, нарушитель этого правила может быть уничтожен на месте. Вопросы?
Рэм покачал головой, — сурово.
— Необходимость, — отрезал оператор. — Только за последние полгода поселок трижды подвергался нападению.
— Жарко у вас тут, а причины?
— Единственная телепортационная платформа на несколько сотен километров, производство мяса и птицы, и еще кое–что, но вам это без надобности.
— Да нет никакой тайны, — хмыкнула Грая из багги, — тут еще один телепорт, ведущий к нескольким рудникам в горах. Там шахтерский поселок, здесь верхушка, все просто — очень редкие металлы свозят сюда, а потом продают в Аран. Так что, в округе куча мелких и крупных банд, которые мечтают получать откат с этого денежного места.
— Все верно, — согласился оператор. — А теперь, когда мы выяснили все, вам вон по тому подъему. Там встретят и объяснят, куда дальше.
Рэм кивнул и забрался обратно на пассажирское сидение. Подъем оказался внушительным, метров сто, и закончился он в подземном гараже. Их и вправду ждали — крепкий мужик, сырой с ног до головы, несмотря на дождевик веселой желто–зеленой расцветки, со стареньким гауссом, который сидел на маленьком, древнем, явно самодельном транспорте, напоминающим мотоцикл только с четырьмя колесами.
— В гостиницу?
Грая кивнула.
— Тогда давайте за мной, — скомандовал он, — у нас тут непогода разыгралась, третьи сутки льет, но к утру обещают, что кончится.
Едва слышно зажужжав, четырехколесник поехал по пандусу, показывая дорогу, а Рэм уже слышал доносящиеся с улицы гул воды. Слово «непогода» было явным преуменьшением для потопа, который ждал их снаружи, сплошная стена воды, видимость максимум метров десять, поэтому синте пришлось прижиматься к проводнику. Вода моментом залила всю багги, колеса едва тащили машинку против течения, высокие сидения не спасли, ревущий поток захлестнул ноги Рэма. Одно радовало — его броня абсолютно невосприимчива к влаге. Так что, творящееся на улице его мало беспокоило.
— Хорошо, что решили тут ночевать, — мысленно произнесла Грая, удерживая руль и стараясь не потерять провожатого.
— Да уж, сейчас бы все планы к черту подлетели, — согласился Штопор, — впервые такое вижу.
— Климат за сто лет сильно изменился. Огромные пространства заросли различной растительностью, повысилась влажность, ну да ничего, уже почти лето, скоро подобное сойдет на нет, в лучшем случае дождь пару раз в месяц. А вот осень у нас дождливая, если день без осадков на неделе, то считай, не так уж и плохо. И зимы больше нет, во всяком случае тут.
