По звёздам Пса полностью

То что я сделал. Я засвистел. Я надел упряжь себе на лоб как тамплайн у индейцев, чтобы снять нагрузку с плеч, и я вновь начал идти. По-настоящему медленно. Неожиданно я устал до самых костей, устал так как никогда. Часть меня просто хотела лечь и заснуть под ранним теплым солнцем, позволить им взять мясо, винтовку, мою жизнь. Просто покончить со всем, но другая часть меня жаждала поработать с Бангли. Я мог бы сказать что он был очень рад такой возможности, и я мог бы сказать что этот ***** был очень уверен во мне. Что я смогу. Странно, но часть меня хотела помочь ему. Вот почему я полагаю сыгранная команда гораздо более сильнее чем сумма индивидуальностей. Я нагнулся вперед и потащил и тянул как мул повозку и сани покатились за мной по гладкой тропе, и они, как только сдвинешь их, были легки и подвижны. Я приблизился к впадине и взял поводья в руку, и отошел назад и взялся за нос обрезанного каяка, и подтолкнул через край спуска. Я контролировал рукой во время небольшого склона. Внизу, пока еще катились сани, я потянул их изо всех сил и побежал как только мог. Там был песок, на дне. Как только мог быстро. Как только я скрылся из их виду они должны были приблизиться ко мне, побежать. Я затащил сани в густой куст шалфея на дальнем краю промоины и повернул их боком к тропе. Почти тем же движением я достал большой охотничий нож и начал резать толстые ветви. Меньше чем за минуту сани были хорошо укрыты. Каяк должен был быть покрашен в зеленый цвет, как зеленый лес, и внезапно я стал ужасно блин радостным что как-то предвидел и выбрал нечто камуфляжное вместо яркой зелени.

Пятьдесят ярдов Хиг. Пятьдесят ярдов до впадины.

Я освободил винтовку от привязей в санях, одна коробка патронов, и лег, лег с винтовкой поверх плоской шкуры куска задних ног оленихи. Всегда разделял тушу животного, шкуру снимал позже хотя и было труднее но зато сохраняло мясо дольше при транспортировке. Хорошо что так сделал. Короткий мех был отличным упором для ствола.308.

Тридцать ярдов. Тридцать Хиг.

Шепчет, как приближаются.

Замедляют. Одиночка на пустой тропе. Они ни о чем не подозревают, Хиг. Понял, да? Преимущество Хиг. Просто оставайся спокойным, жди их кучу как спустится вниз, и справа налево, с близких к дальним. Перезаряди. Еще раз очередью. Ты будешь в порядке. Должен замолчать сейчас. Повеселись вволю.

Он замолчал. Бангли. Странная вещь чтобы сказать: Повеселись вволю. Но этот ***** на самом деле так считал, вот как. И от этих слов что-то случилось в моей голове. Я завелся. Балансируя винтовкой по оленьей шкуре, вытащил Глок из кобуры на поясе и взвел его, положил его на шкуру справа. В двух футах. Вытряс красный пластиковый держатель патронов из коробки и выложил каждый патрон на мех справа от винтовки пулей к целям, чтобы я смог зарядить их большим пальцем не меняя направления патрона. Мои руки слегка дрожали. Слегка. Повеселись вволю. Все поменялось после этого. Тебе нечего терять Хиг. Вот что я сказал себе. Значит повеселись вволю. Сердце бьется, но это был почти что радостный стук помню похожий от футбольных игр в школе. Я был вратарем, последней защитой, самой последней, олицетворением надежды команды, и так же я чувствовал себя сейчас. Про*****, и тогда лучше уползай под камень. Но как только начиналась игра все приходило в движение, никаких мыслей, и радость пробивалась сквозь страх. Так я почти что чувствовал себя. Нечего терять очень похоже на самурайское Ты уже мертвец. Вот что сказал я себе.

Кладу тринадцать блестящих патронов в ряд. Счастливые 13. Я взвел затвор и загнал патрон в ствол и вставил большим пальцем еще один в магазин. Двенадцать осталось, ряд блестящих солдатиков. Два полных перезаряда. Один глубокий вздох и выдох спокойствия. Расслабленный вес оленьей ляжки под мышцами и шкурой. Уперся грудью. Правая рука на прикладе палец на спусковом крючке и оба глаза смотрят на пыльный кусок тропы где она переваливает через край впадины, пыль почти отполирована дорогой саней, дорогой наших лет. Может сто пятьдесят футов. И