Я вытащил рубашку, прилетел выстрел, стремительно, а его уже не было. Он бежал к той двери сзади как защитник в игре, вихляясь и зигзагами и еще два выстрела взрыли асфальт позади него и впереди. Он добрался до тени здания, до того места где он не мог быть виден сверху, и прошел всю дорогу до двери шагом. Повернулся ко мне, большими пальцами вверх все в порядке прежде чем распахнул дверь и исчез за ней. ***** Папаша. Хотел бы я бегать так когда мне - сколько? - будет столько же. Я так никогда не смогу бегать. Черт. Я завел рубашку назад. На ней была аккуратная дыра внизу, повторенная в трех слоях. В живот. Ойей. Я подождал. Одна минута, две, начал считать как с Бангли. На двухстах я начал гадать что происходит. На двухстах двадцати трех: один выстрел. Он прозвенел по аэропорту как колокол. Один единственный звон. Пролетел эхом и исчез. Это был папашин.308. Я знал этот звук. Через полминуты дверь сзади диспетчерского офиса приоткрылась и Папаша помахал мне. Я побежал. Его ладонь притушила мою прыть
Что за *****? Что произошло?
Глупец, вот что было. Те окна на башне были пуленепробиваемые. После событий 9/11. Но стрелять откуда-то надо. Там были окна для оружия. Как в старых крепостях. Я сразу понял когда зашел внутрь, чтобы спокойно прицелиться в нужное место было сколько угодно времени.
Я уставился на него.
Ты попал в стрелка сквозь отверстие? Прямо в прицел?
Покачал головой. Не. Там два отверстия - повыше одно, может на уровне груди, для стрельбы подальше, еще одно для угла вниз к основанию башни. Тот смотрел сквозь верхнюю а я стрельнул в нижнюю. Ты хочешь взломать дверь, подняться и навестить?
Черт, Папаша.
Он запулил тому кто там был наверху как раз пониже. Через четырехдюймовую дырку.
О да. Мы пошли. Дверь внизу была тяжелой металлической зеленого цвета. Он расстегнул грязный пояс на животе вытащил оттуда две динамитные палки скрепил их вместе липкой лентой.
Все держал их до самого конца. Похоже теперь.
Он прикрепил их к тяжелой металлической двери у шарниров, поближе к земле, зажег их и отбежал. Мы спрятались в Сервис-Центре подальше. Взорвалось. Маленькие куски асфальта просыпались сквозь окно. Напомнило когда проезжал грузовиком по каменистым дорогами. Мы побежали назад. Дверь висела вся разодранная на верхнем шарнире, качалась как печальный метроном в расползающемся дыме. Папаша встал в проходе словно задумчивый посланник.
Дай мне твою винтовку, сказал он. Не против?
Я передал ему, он дал мне свое.
Будет лучше для нас.
Рефлекс: он притянул к себе винтовку, проверил патрон в затворе, и перешел на командную позицию. Опять и снова. Не мог дождаться познакомить его с Бангли. Вот о чем я думал, весь в забавных представлениях пока Папаша прочистил первые ступени лестницы и пошел вперед с моей винтовкой проверяя все вокруг. Ступеньки были бетонными по стальным арматурам и они стучали глухим
Тебе понравится обстановка там.
Можно представить. Верхняя дверь, дверь в диспетчерскую была заперта. Конечно же. Он отстрелил замок, протолкнул внутрь. Вонь. Волной. Я начал задыхаться и сплюнул. Кошки везде. Напуганные стрельбой, скачущие по клавиатуре радара, коммуникационным панелям, выгнутые ощетинившиеся и шипящие у черных видеоэкранов. Трехцветные и черные, голубоглазый сиамец.
Воздух был пропитан кошачьей мочой и истекал светом с затемненных окон, зеленью словно в аквариуме. На западной стороне, с той откуда мы пришли, где я знал стрелок будет лежать на спине под консольными окнами, был задыхающийся и плачущий человек. Он держался за кишки рассыпанные по полу. Кровь вытекала за его спиной, собираясь лужей и разливаясь по полу зловещей лентой словно ручей.
Он был стариком, старше Папаши. Его борода была совсем белой, всклокоченные волосы нестрижены, спутаны и намочены кровью с покрашенного металлического пола. Тот с кем я говорил в самом начале, тот кого я слышал несколько лет тому назад, должно быть. На нем были подтяжки. Бейсболка отлетела от него до середины комнаты. С надписью желтыми буквами, Пеория Самолетный Центр "Помощь в самой глубине страны". Через отвращение, волна гусиной кожи. *****. Прибываешь в глубинку за убежищем от лихорадки и попадаешь под трос этой сволочи. Скорее всего. Его ружье лежало в нескольких футах от бейсболки. AR-10 с удлиненным стволом. Кошки протяжно голосили испуганным мяуканием приемной комнаты ветеринара. Старик задыхался, хрипел, стонал. Одна из самых смелых кошек уже начала лакать малиновый ручей.