«Это что сейчас было? Забота? Или жалость? Что этот ублюдок задумал?» -крутилось в голове девушки. Она лишь сделала глубокий вдох, но запястий его не отпускала. Ожидая того, что это очередная его хитро спланированная игра.
За те слова, что после сорвались с его языка, Ханамия будет еще долго себя ненавидеть, но, стараясь все сделать как можно правдоподобнее, он лишь скроет это за очередным слоем колкостей и грубостей, придавая всему происходящему лишь вид игры.
- Что мне еще сделать, чтобы ты возненавидела меня настолько сильно, насколько можешь себе позволить?
- Я и так тебя ненавижу. – спокойно ответила девушка. – Всеми фибрами своей души.
- Этого мало… понимаешь? Мне мало. – Ханамия замолчал, опуская взгляд. Было заметно и даже очень, что внутри него что-то с чем-то борется, да еще с такой силой, что даже он, носитель стольких масок, с трудом это сдерживает.
- Нет, не понимаю. Я не собираюсь убивать тебя. Но, я тебя ненавижу… сильнее, чем что-либо живущее в этом мире. Я не желаю тебе смерти, но и не хочу, чтобы ты вообще существовал. Я просто хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Чтобы прекратил шантажировать Имаёши, зная, какие чувства я испытываю к нему. Чтобы не причинял боли моим друзьям. И, чтобы вообще забыл меня и мое имя, никогда не вспоминая.
Эти слова вылились для Макото резким и болезненным ударом в сердце, которого считали, что у него вообще нет. Ему казалось что его предали. Или, что от него отказались. Он не мог допустить мысли, что его любимая игрушка оттолкнет его, и больше не будет играть с ним в ненависть. Ему стало больно. Впервые в жизни, он ощутил душевную боль, понимая, что лучше бы она отвесила ему еще пару пощечин или ударила бы по ноге, или с колена в пах, но не произносила бы никогда этих слов.
- Отпусти меня и я уйду. Я выполнила свое обещание, а ты, не спешишь выполнять свое – оставить меня в покое.
- Накамура, я считаю тебя невероятно мерзкой, асексуальной и просто отвратительной девушкой. По внешности ты даже не обойдешь жабу, а твой характер создан как под копирку. Ты просто одна гранула той серой массы, что называется обществом и вызывает у меня отращение. Но… - Ханамия на секунду остановил свой поток грязи и даже не взглянув на лицо девушки, продолжил. – поцелуй меня.
- ЧТО?! Ты вообще офанарел, придурок?! – закричала Йоши, толкаясь в его руках, слыша как хрустит ткань ее рубашки.
- Я сказал, поцелуй меня. Так, как целовала Имаёши во время ваших встреч. Я тоже… - и снова эта маленькая заминка и резкий крик, больше похожий на рык загнанного зверя. – Я тоже хочу это почувствовать! – Макото зажмурился и, скривив губы в злости на самого же себя, опустил голову, отчего волосы так небрежно рассыпались, закрывая его лицо.
Йоши молчала и спокойно смотрела на парня. Теперь он был так жалок. Он опустился до того, что умоляет девушек подарить ему поцелуй или нежность. Теперь он был ей еще отвратительнее.
- Ты обещаешь, что на этом, оставишь меня в покое? – спокойно спросила девушка, убирая обмякшие руки парня с себя. Она прекрасно понимала, что верить его словам как минимум глупо, но, она никогда не ожидала увидеть Ханамию Макото в таком состоянии.
- Да. Обещаю. – спокойно ответил парень, чувствуя как невесомо ладони девушки касаются его подбородка, как легко пальцы скользят по коже, поднимая его голову выше.
Он почувствовал, как плавно коснулись кончиками их носы. Увидел, как опустились ее длинные ресницы, скрывая карие глаза. Ощутил на своих губах ее тихий вздох, и кажется, поймал легкую полуулыбку. Или ему показалось? Еще секунда и ее мягкие губы коснулись его. Да, теперь он заметил, что они и, правда, мягкие, пусть, и слегка обветренные, но невероятно мягкие. Макото просто стоял. Он даже не решался поднять рук, чтобы хоть как-то обхватить ими девушку, дополняя палитру своих ощущений. Он лишь замер и прикрыл глаза. Внезапно остановившись, и не отрывая одной руки от щеки парня, другую, Йоши медленно завела назад, проводя пальцами по его шее, отлепляя от нее прилипшие влажные пряди черных волос. И только Ханамия подумал, что так вот все и закончится, а он толком ничего и не почувствовал, как новая волна чувств нахлынула на него, вызывая легкие спазмы внизу живота, отдающих куда-то ниже. Девушка во что бы то ни стало, решила постараться на славу, чтобы этот ненавистный ей человек, больше не появлялся в ее жизни. Поэтому, ей стоило выложиться по полной программе.
Тихий вздох, и ее губы снова сжали его в поцелуе. Но на этот раз у Ханамии не получилось просто стоять. Он лишь поддался вперед и, положив руки на ее шею, большими пальцами провел по подбородку. Еще одно мгновение и поцелуй наконец-то стал полноценным. Тихие причмокивания нарушали тишину этого темного и безлюдного места. Их губы то и дело размыкались, но лишь для того, чтобы с новой силой прижаться друг к другу. Теперь уже девушку не отвращало присутствие в ее рту чьего-то длинного языка, помимо собственного. Теперь уже, ее не отвращали его пухлые губы, его постоянно трущийся о ее кончик носа, и мягкие поглаживая пальцами ее подбородка.
