Губошлеп приуныл, но потом расплылся в омерзительной улыбке.
— Виктория Андреевна, вы возглавляете фонд «Добрый спорт», много ездите по стране, помогаете. Как финансируется эта благородная деятельность?
— Из разных источников. В том числе из доходов спортивной клиники и призовых моих детей. У нас нет масштабных расходов. Мы не строим спортивные сооружения, но можем помочь с площадкой во дворе, покупаем экипировку одаренным спортсменам из многодетных и малообеспеченных семей, оплачиваем расходы на медицинскую помощь травмированным детям.
— Ясно, — с разочарованием в голосе протянул журналист. — Вы поедете на Олимпиаду?
— Обязательно.
— Тогда до встречи в Южной Корее.
Вика вышла из «Останкино» и решила прогуляться в парке, окружающем телебашню. После этого типа хотелось надышаться чистым воздухом. Тем более погода располагала. Солнечная, зимняя, не то что в Петербурге, где свежего снега не выпадало с декабря. Вика шла по аллее и любовалась белоснежным покровом и блестевшими от инея деревьями. Было морозно, но не холодрыга. Минус пять или семь, не больше.
Она попетляла по дорожкам и оказалась у открытого катка. В центре стояла новогодняя елка. Вокруг нее скользили взрослые и дети. Отдельно от всех, возле бортика, выписывал ледовые фигуры мальчик лет десяти. У него отлично получалась змейка, неплохо крюки и выкрюки. Он стал делать вращение с перескоком на другую ногу. Его лицо от морозца и старания раскраснелось, а вязаная шапочка съехала на затылок. Варежки и штаны покрывала наледь. До этого он хорошенько повалялся на льду. Мальчик повторял вращение снова и снова, но от этого элемент лучше не становился. Он неправильно ставил конек и двигал корпусом, поэтому терял ритм и скорость. Рядом не было тренера, который бы подсказал. Вика прислонилась к дереву и вспомнила, как впервые увидела Саяна.
Это случилось два года назад. На сайт благотворительного фонда «Добрый спорт» пришло короткое письмо:
Вика позвонила по указанному в письме телефону, выяснила подробности и сразу же поехала туда. В день ее приезда тоже стояла солнечная, морозная погода. Только термометр показывал минус тридцать. Это не морозец, пощипывающий ее щечки сейчас в Москве.
На станции Вику встретила директор интерната — скромная женщина небольшого роста, худая, с черными узкими глазами, смуглой кожей и волосами цвета перца с солью. До места они доехали на желтом микроавтобусе с надписью «Дети». Ветхое двухэтажное здание интерната, с облупившимися синими стенами и маленькими белыми деревянными рамами, стояло на высоком пригорке, а виду из его окон позавидовал бы пятизвездочный отель. Впереди расстилался, сливаясь с горизонтом, белоснежный Байкал. Смотреть на горящий на солнце снег, искрящиеся ледяные торосы можно было только прищурившись, хорошо, что у Вики оказались солнцезащитные очки.
В учреждении стояла тишина. Воспитанники разъехались на зимние каникулы.
— Почему Саян живет у вас, а не в детском доме? — спросила Вика.
— Он с семьей летом приехал в Клюевку в гости к знакомым. Родители рано утром ушли в море на арендованной моторной лодке. Погода была хорошая, не штормило. Поэтому никто не заволновался, когда они не вернулись. Думали, мотор сломался или клев хороший, решили на берегу переночевать и еще порыбачить. Сотовая связь у нас тут не очень. Потом их искали. Но не нашли никаких следов. Ни людей, ни лодки. Родственников у него не оказалось. Уголовное дело до сих пор не закрыто. Вот он в подвешенном состоянии и пребывает. Пока определили к нам. После того как все произошло, замкнулся, перестал разговаривать. Как-то мальчишки баловались с пультом, искали что-нибудь поинтересней посмотреть. Наткнулись на фигурное катание. Тут он и крикнул: «Оставь!» Первое слово за два месяца. Мальчишки подняли его на смех. Он убежал к себе и разрыдался. Психолог за этот инцидент ухватилась и выяснила, что он занимался фигурным катанием, влюблен в этот спорт. Пойдемте, я вам покажу.
Директор привела Вику в комнату мальчика. Окно ее выходило на лес, за которым виднелся поселок. Хорошо, что не на Байкал. Сколько бы времени он провел, глядя на него, высматривая лодку с родителями? Стену возле кровати украшали вырезки из журналов. Среди известных фигуристов Вика узнала и собственного сына.
