— Так и поступим. Интересно, сделал ли он заначку лириума, с обещанием большего в обмен на информацию. Поговорю с ним, как только пересечем озеро. А пока нужно получить его снаряжение и заставить избавиться от храмовничьих доспехов. Надеюсь, у интенданта есть подходящая одежда, потому что в противном случае, он пойдет в нижнем белье!
Бронвин разочаровалась, но не удивилась, увидев, как возбужденное ожидание на лицах ее новобранцев испарилось и на них проступил настороженность, а затем и ужас, когда Бронвин и Алистер вернулись с новым пополнением отряда. Каллен, однако, также был новобранцем, и Бронвин не могла допустить публичных разногласий.
— Рыцарь-командор освободил Каллена от его обетов. Он хочет присоединиться к нам, так что нужно подобрать что-то обычное, без орденской символики, — мягко сказала она.
Каллен сказал, слегка стесняясь:
— Я хотел уйти с тобой — сражаться. Я слышал твою речь и подумал, что могу быть полезным.
— Прекрасно, — пробормотал Андерс. — У нас будет личный надзиратель.
Он тревожно посмотрел на Тару и что-то вопросительно шепнул ей на ухо.
Она не посмотрела на Каллена, но покачала головой и прошептала Андерсу в ответ. Высокий молодой маг посмотрел на неё с облегчением, но все ещё настороженно.
— Я более чем уверена, — тихо сказала Тара. — Они никогда не снимали шлемы.
— Не хочу даже думать об этом, — сказал Алистер Бронвин.
У интенданта нашлась броня, которая подошла Каллену — искусно сделанный комплект сильверитовых доспехов, который был гораздо лучше кольчуги Бронвин. Стиснув зубы, она полезла в подсумок за золотом — не могла же она и в самом деле заставить рекрута путешествовать в одном исподнем. Но, по крайней мере, всем остальным рыцарь-командор его снабдил. Каллен аккуратно упаковал свои пожитки, в числе которых была палатка и свёрнутая в скатку постель. Так что, все расходы Стражей по его экипировке ограничились лишь покупкой дорогой брони.
— Иди, переоденься, — сказала Бронвин Каллену, кивая на маленькую комнату в прихожей. — Бери с собой всё, что захочешь, но свою храмовничью жизнь оставь позади.
Дожидаясь его, Бронвин купила кое-какие мелочи и поболтала с остальными рекрутами об их жизни.
Тара не помнила жизни вне Круга. Она явно была из эльфинажа, но поскольку сюда она попала в возрасте четырёх лет, она успела забыть свою семью и, конечно же, не помнила, в каком именно эльфинаже она жила. Она говорила мало и явно побаивалась Бронвин.
История Андерса оказалась иной.
— Мы с матерью успешно скрывали то, что я маг, до тех пор, пока мне не исполнилось пятнадцать лет. В тот год она умерла, а меня отдали в семью её брата и его жены. — Он мрачно улыбнулся. — Чтоб они сгорели. Они так быстро сплавили меня в Церковь, что я до сих пор не пришёл в себя от удивления. Они забрали все деньги моей матери, её дом и всё её вещи. Они были очень довольны собой — зараз и дело благое совершили и обогатились.
— Думаю, Церковь имеет добрые намерения… — сказала Лелиана себе под нос.
Алистер же просто не знал, что и сказать. После обучения в Церкви ему трудно было считать магию безопасной и он полагал, что всех, владеющих ею, нужно защищать от их же самих и для их же блага, но и что такое быть запертым против воли он тоже знал. Сбежал бы он? Возможно, нет. Они накачали бы его лириумом, и он плясал бы под их дудку до тех пор, пока его мозги не сгнили бы, как это со временем случается и у всех остальных храмовников.
Вернулся Каллен. Он выглядел неуверенно и явно испытывал неловкость, а без своей массивной брони казался моложе и меньше. На спине у него висел большой двуручный меч, и Бронвин надеялась, что он знает, как им пользоваться.
— Неплохой доспех, — отметил Алистер.
Он взял Юсарис, отчищенный и в новых ножнах, а Бронвин и Лелиана распределили между рекрутами остальные покупки. Каллен неуверенно улыбнулся.
— Будь любезен, возьми это, — сказала ему Бронвин, передавая свёрток с ингредиентами для зелий. — И да, действительно, доспех очень хорош. Выдвигаемся. Вскоре вы познакомитесь с остальными спутниками.
Не успели они пройти сквозь широкие двери Башни, как в нелёгкой жизни Бронвин возникла очередная сложность.
Юная эльфийка вышла на освещённое солнцем место и остановилась, пошатываясь. Расширившиеся в изумлении зелёные глаза испуганно смотрели на синий купол неба над безбрежным озером Каленхад.
— Слишком большое, — придушенно сказала она, и её тут же стошнило прямо в растущую у входа траву. Застонав, она закрыла глаза, и её снова стошнило.
Андерс протянул руку, чтобы поддержать её, но её колени уже подломились и она скорчилась в клубок страха и страдания.
— Слишком большое, — простонала она. — Слишком большое. — Её била дрожь, дыхание вырывалось из груди короткими, рваными толчками.
Бронвин поймала беспомощный и растерянный взгляд Алистера.
— Бедняжка, — воскликнула Лелиана. — Должно быть, она больна!
