— Парет сохраняет нейтралитет, — очевидно, что имя великого ишиба было хорошо знакомо королю эльфов.
— Уже не совсем, — улыбнулся Михаил, — Парет готовится возглавить королевскую Академию. Но вернемся к обсуждению главного вопроса. Тем более, что в соседних странах найдется несколько ишибов уровня Парета. Подумай: успех твоей оккупации будет зависеть лишь от доброй воли этих нескольких человек. А если еще принять во внимание соседних монархов… то вероятность того, что тебе удастся удержать хоть что-то, ничтожно мала.
— Ты говоришь как моя сестра, — пробурчал Меррет, нахмурив черные брови, — Она тоже утверждает, что нам не победить, и призывает хотя бы умереть, сражаясь.
— Она — несомненно умная женщина, хотя немного эмоциональна, — дипломатично заметил Михаил, — Но это еще не все, что я хотел тебе сказать по поводу состояния твоего войска.
— У меня есть шанс услышать что-то худшее? — через силу улыбнулся эльф.
— Да. Моральный дух твоих солдат очень слаб. В данный момент они вообще не способны воевать.
— Почему ты так решил?! — мгновенно вспыхнул Меррет. Его глаза наполнились гневом, а ноздри небольшого носа раздулись. Он сделал движение, словно хотел вскочить из-за стола, но, видимо, удержался в самый последний момент.
— Не волнуйся, — король Ранига взмахнул рукой в успокоительном жесте, — Это было не оскорбление, а констатация факта. Если позволишь, я тебе объясню.
Меррет промолчал, но выражение гнева еще не вполне сошло с его лица.
— Когда я впервые побеседовал с одним из твоих шпионов в Парме, то меня удивило то, как быстро он во всем признался. Сначала я подумал, что он — исключение, просто трусоват или еще что-то, но, беседуя с остальными, заметил, что они все совершенно такие!
Король эльфов подался вперед, он не хотел пропустить ни одно слово собеседника.
— Я сказал себе: не может быть, чтобы ишибы были столь слабы эмоционально, — продолжал Михаил, — Видимо, что-то влияло на них. Ответ, впрочем, был скоро найден: «тайный» араин, которым ты всех их снабдил, не работает. То есть он работает, но хуже, чем обычный араин. Чтобы эльф чувствовал себя хорошо и не испытывал проблем с эмоциями, араин не должен быть скрыт! И он должен быть большим, наверняка не таким, каким обладают твои подданные, проживающие на ограниченной территории.
— Это просто предположения, — заметил Меррет.
— Отнюдь. Я дал каждому из эльфов Ранига большие хорошие лесные территории, и они превратились совсем в других. Решительных, отважных, уверенных в себе!
— Ты сделал что? — прошептал король эльфов.
— Даровал им настоящий араин, — повторил Михаил, — Понимаешь, я не знал точно, чем отличается тайный араин от явного, поэтому каждого из них снабдил соответствующей бумагой, развесил объявления на столбах, позволил эльфам маркировать свои границы… Теперь они совсем другие.
— Теперь они работают на тебя, — сказал Меррет.
— Это все зависит от того, с какой стороны смотреть, — рассудительно произнес король Ранига, — Сейчас они работают на меня. Но если мы заключим союз, то они будут работать на нас. И мои собственные ишибы будут работать на нас.
— Ты переманиваешь моих подданных и при этом предлагаешь обсуждать перспективы нашего союза?
— Не подданных, а шпионов, прошу заметить. Когда ты их послал сюда, то сам поставил в соответствующие рамки. Я мог бы их вообще казнить! Но кому от этого было бы лучше? А так, под нашим союзом будет дополнительная основа.
— Нерман, я хорошо вижу перспективы союза, но чтобы перейти хотя бы к обсуждению условий, необходимо выполнить самое главное условие, — печально сказал Меррет.
— Какое же?
— Я должен тебе доверять! А сейчас вижу, что у тебя огромное количество возможностей просто воспользоваться моими подданными, а потом задвинуть нас или вообще уничтожить!
— Ну, это довольно просто. Можно придумать множество гарантий того, что я не отступлю от своего слова, — произнес Михаил с легкой улыбкой.
— Например, какие гарантии? Мне вот ничего не приходит в голову. Какой-то договор? Его можно нарушить. Взять заложников с обеих сторон? Но так не делается в случае союза. Кто будет их охранять, если армия получит единое командование? Да и где их держать, наконец? Нет, заложники не выход. Твое величество, я абсолютно не представляю себе, какие гарантии могут быть убедительными в этой ситуации.
Улыбка короля Ранига стала чуть тоньше:
— Да примеров масса! Вот, скажем… навскидку… династический брак.
— У тебя и у меня нет дочерей, — озадаченно сказал Меррет.
— Правильно. Но у тебя есть сестра.
— Она никогда не согласится выйти замуж за человека! Она ненавидит людей! Даже больше — она ненавидит мужчин!
— Твое величество, уверен, что мы с тобой что-нибудь придумаем. Ведь династический брак — отличный выход. И я сам бы не хотел взваливать на себя такую ношу, Анелия вовсе не нравится мне, даже внешне она не совсем в моем вкусе, но чего не сделаешь ради союзника? Нам обоим придется идти на какие-то жертвы, так что я возьму на себя эту. Тут главное — наше принципиальное решение. Никакая скала не сможет устоять, если ее подтачивать со всех сторон.
