Обернуться посмотреть, настигает ли преследователь, было ошибкой: конечно же, Ник споткнулся и кубарем полетел на землю. Быстро перекатившись, он скорчился за счастливо подвернувшимся рядом большим валуном, чтобы перевести дыхание. У него всё прыгало перед глазами; с каждым могучим скачком фобозавра земля содрогалась, как в судороге. Прятаться тоже глупо, чуткое драконье обоняние найдёт тебя быстрее, чем ты успеешь пожалеть, что вообще ввязался во всю эту историю...
Нику было некогда думать о посторонних вещах, поэтому ему и в голову не пришло спросить себя, не тронулось ли руководство училища умом, подсунув ему фобозавра на вступительном испытании - было как-то не до того. Зажмурившись, он умолял сам не зная кого: пожалуйста,
Ник осмелился одним глазком взглянуть поверх камня, и у него упало сердце: каждое пламенно-рыжее пёрышко в гриве дракона было обведено угольно-чёрной каймой. Чтобы разглядеть эту деталь, ему хватило доли секунды - после чего ему пришлось стремительно пригнуться к самой земле, когда ревущий поток голубовато-белого пламени, прошедший лишь на самую малость выше его головы, обдал его жаром.
Самка. Молодая, злая и полная энтузиазма. Ник знал: она не успокоится до тех самых пор, пока не прожарит любого, кого сочтёт угрозой для своего гнезда, до аппетитной хрустящей корочки...
Фобозавры не могли дышать огнём без остановки, им требовалась минимум пара минут, чтобы особые железы выработали достаточно горючего газа, и Ник понял: сейчас или уже никогда. Не оглядываясь, он вскочил на ноги и побежал дальше. Его мысли судорожно скакали: Что происходит? Почему никто до сих пор не выключил иллюзию? Может, это сон? Если так - если он проснётся утром, то он клянётся своей БДЭ, что не пойдёт ни на какой экзамен, мечта, конечно, мечтой, но жизнь дороже...
Драконица не гналась за ним - если бы она побежала, он бы точно услышал. Ещё бы, она же не дурочка, зачем зря утомлять себя, если можно просто достать добычу струёй пламени, недаром же фобозавры - рекордсмены по её дальнобойности...
Когда фобозавриха во второй раз дохнула в Ника огнём, от участи еретика на костре его спасло одно только провидение, явившееся в виде притаившегося в траве полузатопленного овражка. Ник очень вовремя туда провалился, и, хотя ему пришлось глотнуть отвратительного болотного вкуса воды, он был как никогда рад неожиданному купанию в грязи. Верная гибель миновала - пока что. Насколько его ещё хватит? Насколько ещё хватит его везения? Потому что больше у Ника ничего не было. Против фобозавров не выходят с голыми руками.
Зверь не торопясь, шагом приближался к нему, и Ник застыл, понимая, что любое движение, малейший всплеск выдаст фобозавру его местоположение...
Или не его. На берегу овражка мирно лежало несколько камней, и Нику в голову вдруг пришла идея.
Она сработала как нельзя лучше: когда с силой брошенный камень плеснул где-то там, в стороне, фобозавриха молнией бросилась на звук, давая Нику время выкарабкаться из ямы. Впрочем, отвлекающий манёвр был лишь кратковременным решением: драконица быстро раскусила его обман и застыла с изогнутой шеей, чуткими ноздрями втягивая воздух. Ник застыл, словно сам стал камнем. Почему она не нападает? Неужели потеряла его из виду? Должно быть, заросшая тиной жижа, наполняющая овражек, на какое-то время отбила его собственный запах, но надолго ли? Он не может вечно стоять неподвижно, но стоит даже не веточке - травинке хрустнуть у него под ногой - и она услышит...
Драконица медленно обернулась, поводя красивой, несмотря ни на что, такой красивой головой, сделала несколько задумчивых шагов... Ник перестал даже дышать: самка фобозавра, живая, всамделишная как минимум ровно настолько, чтобы уничтожить его и не заметить, была от него так близко, что, будь он самоубийцей, он мог бы протянуть руку и коснуться её чешуйчатого носа, ровнёхонько промеж глаз... расположенных так, что она сейчас в упор его не видит, потому что он стоит прямо перед ней...
Кажется, это был его последний шанс. Самый-самый последний и отчаянный шанс остаться в живых ещё хотя бы на какое-то время, пусть только на минуточку.
Ник уже давно забыл, что всё это не всерьёз. Он не верил, что кто-то когда-то выключит тренажёр. Дракон был настоящим. Ждущая у него за самым плечом смерть была настоящей. И добела раскалённое, нестерпимое желание жить тоже было таким настоящим, что реальнее просто некуда.
Он сделал глубокий вдох, сжал зубы и, пригнувшись, бросился вперёд.
