– Знаю, – сквозь зубы процедил он. – Потому что ты… Оборотень ты. Монстр…
– Оборотень?! Тогда кто ты? Я считал тебя своим другом, а ты спал с Дашей!
– Не можешь простить?
– А ты можешь простить меня за то, я отправил тебя за решетку?
– Могу, – неуверенно ответил Сергей.
– Не можешь… И я не могу…
– Но мы квиты.
– Ты так думаешь? – насмешливо повел бровью Олег.
– Я думаю, что мы не должны воевать.
– А кто с тобой воюет? Разве коты воюют с мышами? Они просто их давят.
– Иногда мыши давят котов. И тогда коты просят: «Ребята, давайте жить дружно!»
– Я тебе не кот Леопольд.
– Как бы тебе не оказаться в его шкуре.
– Угрожаешь? Угрожаешь… А я тебя не очень-то и боюсь. Зато признаю, что тебе крупно повезло.
– С «УниТелекомом» повезло, – кивнул Сергей. – А от киллера спас профессионализм. От киллера, которого ты нанял. Помнится, ты хотел меня отравить.
– Я киллеров не нанимаю, – с высоты своего положения усмехнулся Олег. – Не мой уровень.
– А Кристина?
– Кристина – это другое дело. Я хотел, чтобы ты в нее влюбился. А потом захотел, чтобы она тебя убила. Было бы лучше, если бы Даша тебя убила. Но, увы, она бы на это не пошла.
– Ты маньяк.
– Может быть. Но прежде всего я деловой человек. И ты, я так понял, тоже. Вице-президент холдинга «УниТелеком». Звучит… Я так понял, у тебя ко мне деловое предложение?
– Можно сказать, что да.
– Я тебя внимательно слушаю, – скучающе посмотрел на Сергея Олег.
– Подконтрольный тебе холдинг «Пантеон-Телекома» должен «УниТелекому» крупный пакет акций «НЕО-Телеком». Это раз. Ни о каком слиянии активов «ГТС» и «Юниора» не может идти речи. Это два. И третье, независимые директора в этих советах директоров должны быть действительно независимыми и выражать интересы миноритарных держателей акций. А они выражают интересы «Пантеон-Телекома». Я требую заново провести выборы в совет директоров.
– Во-первых, господин Комиссаров, солидные бизнесмены обращаются друг к другу на «вы», – оборвал Сергея Олег. – Во-вторых, в нашей среде не принято требовать. У нас принято предлагать. А в-третьих, я признаю незаконность сделки «Пантеон-Телекома» с компанией «Консор».
После первых двух выговоров должно было следовать неприятное для Сергея постановление. Но нет, Олег признавал незаконность сделки. Признавал. «Что это с ним?»
Сергей хотел спросить про акции – когда он их возвратит. Но промолчал. Растерялся. Вида не показывал, но голос мог выдать его замешательство.
– Что касается «ГТС» и «Юниора», – с высоты своего положения продолжал Олег. – На слиянии активов руководство «Пантеон-Телекома» настаивать не будет, это я вам гарантирую. Проведем перевыборы в совет директоров, назначим действительно независимых директоров. Как видите, господин Комиссаров, я принимаю ваши условия.
– Хорошо, когда здравый смысл берет вверх над амбициями, – внешне спокойно сказал Сергей. Внутри же все клокотало от возмущения. Вроде бы он добился своего. Но уступки со стороны Соломина казались ему шубой, небрежно брошенной ему с барского плеча. – Когда я смогу получить акции «НЕО-Телекома»?
– Акции остаются за «Пантеон-Телекомом». А вам вернут деньги, уплаченные за них. Вы получите обратно тридцать два миллиона долларов.
Деньги огромные. И то, что «Пантеон» соглашался их вернуть, можно было расценить как победу. Но Сергей расценивал это как поражение.
– Боюсь, что тридцать два миллиона лишь в малой степени отражают реальную стоимость спорного пакета акций. За два года, что прошли с момента их приобретения, они выросли в цене, как минимум, в три раза. Более того, этот пакет увеличил бы нашу долю в «НЕО-Телекоме» до пятидесяти одного процента.
– Я вас хорошо понимаю, господин Комиссаров, – пустыми глазами смотрел на него Соломин. – Но акции вернуть вам не могу. Не могу, и точка… Так что решайте: или вы получаете обратно свои деньги, или возобновляйте тяжбу в суде. Посоветуйтесь с господином Горбылевым, он скажет вам, как быть в данной ситуации…
Горбылева он упомянул неспроста. Дал понять, что знает истинную причину, которая привела Трофима Трофимовича на скамью подсудимых. Дал понять, что и у Сергея могут возникнуть серьезные проблемы, если он не возьмет предложенную ему синицу, а полезет в небо за журавлем.
По сути, Соломин бросал ему вызов. И Сергей должен был его принять. Чтобы потом не было стыдно за самого себя. Но нельзя забывать, что сейчас он представлял интересы фирмы. А война с «Пантеоном» шла вразрез с этими интересами. К тому же Соломин подсластил брошенную пилюлю огромными деньгами. И как деловой человек, Сергей должен был принять возвращаемые деньги. В отношениях с таким монстром, как «Пантеон», худой мир был гораздо предпочтительней доброй ссоры.
– Что ж, пусть вместо акций будут деньги, – выдавил из себя Сергей.
– Будем считать, что компромисс достигнут? – холодно спросил Олег.
– Будем.
– Деньги будем возвращать в течение полугода. Пять траншей. Первый транш в конце этого месяца, второй – в конце следующего. Сами понимаете, деньги очень большие, и так сразу мы вернуть их не в состоянии.
