- Хочешь сказать, ты не заметил, как он держит спину? - удивляюсь я вполне невинно. - Ты же мне когда-то хвалился, что по походке бойца, входящего в зал, легко определишь количество стычек, в которых он побывал.
Пелл отпивает чая, ставит чашечку на край подставки из душистого дерева.
- А, ты об этом, - слишком небрежно отвечает. - Да, зажат чересчур. Что-то я читал у наших мудрецов про пагубный эффект барраярской выправки.
- Это не выправка, - качаю я головой. - Или, по крайней мере, не только она. Если забыть о зажатости и недостатке опыта, он показался тебе потенциально неплохим фехтовальщиком?
- Да, - соглашается Пелл рассеянно, но без колебаний, - у него могут быть перспективы: лет через десять усердных тренировок. Он наблюдателен и не бездарен, но даже твой сын держит оружие в руках крепче.
Полагаю, этот сомнительный комплимент мне стоит принять на свой счет, оставив на долю Эрика поздравления с выздоровлением. О чем я и сообщаю, и теперь наступает мой черед скрашивать молчание чаем.
- Болел? - переспрашивает Пелл, покачивая оставшийся глоток с мельчайшей чайной пылью на дне чашки. - Проблемы с адаптацией или прививки не сделал вовремя?
Предположение отчетливо отдает традиционным неудовольствием человека, считающего инфекционное заболевание вызовом роду человеческому и результатом личной глупости заболевшего.
- Что ты, - качаю я головой. - Раздробленный поясничный позвонок и полгода без лечения.
Стоило сказать это хотя бы ради того, чтобы увидеть, как широко умеют раскрываться обычно суженные карие глаза.
- Полгода? - недоверчиво переспрашивает Пелл. - Ваша семья никогда слишком не интересовалась медициной, но все равно со стороны твоего брата запускать этот случай было слишком. Если ты ничего не путаешь, твой младший должен ходить по дому с палкой и не переступать порог этого зала.
- Полгода, - подтверждаю я. - Ничего не хочешь изменить в своем прогнозе, Бойцовый? Учти, барраярцы живут меньше - следовательно, делают все быстрее.
- Ах, конечно же, и шестимесячные дети у них уже кусают сырое мясо, - саркастически соглашается он, однако уверенности под этой колкостью немного. - Поживем-увидим. Ты всегда любил трудные задачи, Иллуми, но эта может не иметь решения. Сделать из инвалида фехтовальщика и из барраярца - члена своей семьи... тебя спасет разве что упрямство.
- Благодарю за комплимент, - отвечаю в тон. - Мне действительно хотелось бы, чтобы время от времени с ним фехтовал и ты. Так он восстановится быстрее. Впрочем, я сомневаюсь в том, что эта затея не закончится лазаретом, если вы приметесь при каждой встрече заново переигрывать войну.
- Что ж, немного поучить его фехтованию и смирению было бы полезно, - парирует уязвленный Пелл, и мне приходится поправить сказанное.
- Фехтованию. Я буду тебе очень благодарен, если им ты ограничишься, друг мой.
- Я - ограничусь, - веско сообщает оправившийся от изумления Пелл. - Второму он научится сам, если способен делать выводы. С виду он, кстати, обучаем. Хотя самолюбив не по способностям.
Ох, кто бы говорил о самолюбии... мы все трое хороши.
- Его врожденная гордость получила почву, - спокойно замечаю. - Для члена моей семьи это нормально; я бы обеспокоился, случись иначе.
- Надо полагать, Хисока подбирал его именно по этому качеству? - легко спрашивает Пелл. Мне приходится проглотить ярость, с некоторых пор полыхающую при упоминании имени братца.
- Не думаю, - отставив свою чашку, отвечаю, - но его выбором я доволен.
Это правда, а правда заслуживает того, чтобы быть сказанной вслух.
- И ты его еще оценишь, - добавляю, усмехаясь. Я очень удивлюсь, если два таких задиры не найдут общего языка... и да хранят их боги от тяжелых ран.
- Очень мне надо оценивать варвара, - хмыкает Пелл, поднимаясь. - Ты - мой друг. А он, пусть по странному стечению обстоятельств и твой Младший, все же изначально генетический брак, невоспитанный и необученный. Но пока ты им доволен, на остальное можно закрыть глаза.
- Я буду благодарен, - повторяю, не желая заново ввязываться в спор, - если ты примешься за нас обоих.
Кажется эта фраза - последняя точка в примирении. Неловкая напряженность, чуть было не вылившаяся в открытую взаимную обиду, если не забыта, то похоронена глубоко. И желая сгладить ее мельчайшие следы, мы с нарочитым оживлением обсуждаем последние новости: кого повысили в чине, кто заключил генетический контракт, когда и где будут проходить концерты столичной оперы и светские приемы...
- Ты ведь не намерен провести этот сезон вдалеке от событий света? - интересуюсь полувопросительно.
- Ну да, - подтверждает Пелл. - Мои обязательства, разумеется, не идут в сравнение с твоими, ведь я не обременен семьей...
- ...обременят и тебя, не сомневайся, - подхватываю я. - Я слышал, лорд Хар всерьез подыскивает тебе невесту.
