Таким образом, к середине 80-х годов окончательно сформировалась интеллектуальная среда отечественной историографии Второй мировой войны. Ее традициями вскормлены и большинство специалистов, которые сегодня разрабатывают эту тему. Нельзя, конечно, утверждать, что все историки продолжают цепляться за стереотипы «времен Очакова и покоренья Крыма». Достаточно вспомнить «перестроечную» эйфорию разоблачений, завершившуюся грандиозным скандалом. 1991 года, когда для ублажения генералов от истории, буквально зашедшихся в «охранительной» истерике, была устроена чистка редколлегии новой 10-томной «Истории Великой Отечественной войны»[296], поскольку ее авторы захотели подняться до объективного анализа, выполненного по западным научным стандартам[297]. В результате последовало отлучение «безродных космополитов» от архивов, а также соответствующие оргвыводы[298]. Начальник Института военной истории генерал Д. А. Волкогонов был освобожден от своей должности, а большинство его молодых помощников — уволены из армии. Был ужесточен контроль над работой по подготовке 10-томника, для чего к ней подключили испытанных и проверенных по прежней деятельности маршалов и генералов.
Кто после такой «показательной порки» еще раз рискнет «перешибать плетью обух»? Ведь строгое начальство, владеющее монополией на истину и как собака на сене лежащее на архивах, до сих пор осталось по преимуществу прежним.
Вместе с тем в перестроечные времена, как уже упоминалось выше, небольшой части правдивой информации все же удалось вырваться за архивные двери. В частности, на средства Фонда мира для сбора сведений в рамках проекта по составлению книг Памяти о безвозвратных потерях Вооруженных Сил СССР в годы Великой Отечественной войны, был создан компьютерный центр автоматизированного банка данных. В этот банк данных — до того момента, когда данная работа была практически заморожена — успели ввести свыше 19 миллионов фамилий[299]. Этого оказалось достаточно, чтобы официальная историография обеспокоилась и попыталась дезавуировать «необдуманно» опубликованные и «подрывающие устои» факты и цифры. Главным результатом потуг охранителей стала публикация книги «Гриф секретности снят. Потери Вооруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах»[300], сразу же превратившаяся в «библию» для тех, кто тоскует по утрачиваемым мифам и легендам. Еще бы! Если верить этому статистическому официозу Министерства обороны, безвозвратные человеческие потери Красной Армии «всего лишь» на треть (СССР — 11,4 миллиона, Германия и ее союзники — 8,6 миллиона)[301] превышают потери противника.
Смешно предполагать, что авторы не знают точной цифры потерь немцев, установленной не по пропагандистским агиткам, а по подлинным документам военных лет и по «книгам памяти» — свыше 4 миллионов человек убитыми и не вернувшимися из плена на всех театрах военных действий. Из них на Восточный фронт приходится около 2,8 миллионов[302]. Но, тем не менее, авторам «Грифа секретности» совесть и профессиональная честь позволяет ставить свои подписи под очевидным враньем.
Военные будни
«Русский Виккерс» — обрусевший британец на службе у Сталина
Кристи» — непосредственный предок Т-34
Они воевали числом, а не умением
Стратеги. Пока их потери еще «всего» 7 миллионов…
Мемориал, посвященный панфиловцам.
Здесь иностранцам рассказывают про величие русского духа
Русский «блицкриг». Потери все еще подсчитывают
Лучший подводник всех времен и народов Арно де ля Перьер
Вальтер Швигер, «убийца» «Лузитании»
«Вильгельм Густлов».
Скоро его настигнут торпеды А. И. Маринеско
Иллюстрация из мемуаров адмирала В. Ф. Трибуца с мифическими результатами похода подводной лодки Щ-406
Лето невыученных уроков
Лето 42-го. Их отцы-командиры пока еще не умеют воевать даже «числом»
«Сталинградская» зима. Вот так красиво все могло получиться.
А вот так было в реальности. Подробности до сих пор не рассекречены
Кто кому помогал? Английские летчики в Заполярье
«Сталинский сокол» в английском подарке
Танк «Валентайн» — британская броня для советской пехоты
