В 8-ю входили: 12-й механизированный корпус (23-я и 28-я танковые дивизии, 202-я моторизованная дивизия), 10-й стрелковый корпус (10-я, 48-я и 90-я стрелковые дивизии), 11-й стрелковый корпус (11-я и 125-я стрелковые дивизии), 44-й и 48-й укрепленные районы, 9-я артиллерийская бригада противотанковой обороны и 25-й отдельный инженерный полк.
В 11-ю армию входили: 3-й механизированный корпус (2-я и 5-я танковые дивизии, 84-я моторизованная дивизия), 16-й стрелковый корпус (5-я, 33-я и 188-я стрелковые дивизии), 29-й стрелковый корпус (179-я и 184-я стрелковые дивизии), отдельные 23-я, 126-я и 128-я стрелковые дивизии, 42-й, 46-й и 45-й укрепленные районы, Ю-я артиллерийская бригада противотанковой обороны, 110-й гаубично-артиллерийский полк большой мощности и 429-й гаубично-артиллерийский полк Резерва главного командования, 38-й отдельный инженерный батальон.
В 27-ю армию входили: 22-й стрелковый корпус (180-я и 182-я стрелковые дивизии), 24-й стрелковый корпус (181-я и 183-я стрелковые дивизии), отдельные 16-я и 67-я стрелковые дивизии, 3-я стрелковая бригада.
То, что большинство дивизий присутствовало не «россыпью», а объединялось в корпуса, весьма важно, поскольку это означало, что фронт имел дополнительные структуры и части. То есть, располагал значительно большим числом людей и вооружения. Стоило кривошеевцам лишь упомянуть о факте наличия корпусов, и они сразу же бы вынуждены были увеличить мощь Северо-Западного фронта. Однако генералы почему-то постеснялись. Но мы скромничать не будем. В штат каждого корпуса, кроме дивизий[315], входило корпусное управление, штаб, а также обеспечивающие его подразделения. Механизированные корпуса обязательно усиливались мотоциклетными полками (в данном случае 5-м и 10-м), отдельными батальонами связи (132-м и 380-м), отдельными моторизованными инженерными батальонами (46-м и 47-м) и более мелкими составляющими типа палевых пунктов связи (15-й, 790-й). Стрелковые корпуса тоже наращивали боевые возможности своих дивизий, так как получали корпусные артиллерийские полки (47-й, 51-й, 73-й, 270-й, 448-й, 613-й, 614-й, 615-й), отдельные зенитные дивизионы (19-й, 39-й, 103-й, 111-й, 242-й, 247-й, 389-й) и прочую «мелочевку», вроде отдельных саперных батальонов, отдельных батальонов связи, корректировочных эскадрилий и т. д[316].
Кроме того, Северо-Западный фронт имел отдельные соединения и части фронтового подчинения: управление 65-го стрелкового корпуса, 5-й воздушно-десантный корпус (9-я, 10-я и 201-я воздушно-десантные бригады), 41-й укрепленный район, 11-й отдельный зенитно-артиллерийский дивизион, 402-й гаубично-артиллерийский полк большой мощности Резерва главного командования, 17-й отдельный полк связи, 4-й и 30-й понтонномостовые полки.
Северо-Западный фронт также располагал в качестве соединений и частей фронтового подчинения войсками ПВО (Рижский, Эстонский, Каунасский бригадные районы ПВО, 10-я, 12-я и 14-я бригады ПВО, 21-й отдельный истребительный авиационный полк ПВО) и ВВС (57-я истребительная авиационная дивизия, 4-я, 6-я, 7-я и 8-я смешанные авиационные дивизии, 312-й отдельный разведывательный авиационный полк).
Вдобавок фронту полагались службы тыла: транспортная (железнодорожные бригады, автомобильные полки, дорожно-эксплутационные полки), артснабжения (склады боеприпасов и вооружения), снабжения горючим (склады, лаборатории), интендантская (вещевые и продовольственные склады, холодильники, хлебозаводы), санитарная (госпитали, склады, лаборатории) и ветеринарная (лазареты, склады, лаборатории). Их состав по сей день никем детально не исследован. Однако они тоже несли потери, и это обстоятельство обязательно надо держать в уме.
Если теперь сравнить вышеизложенные раскладки с кривошеевскими данными, то немедленно выяснится, что компания генералов-фальсификаторов «забыла» упомянуть в перечне войск все (!) соединения ПВО и ВВС. Ложь присутствует и в итоговых цифрах сухопутных сил, поскольку проигнорированы две артиллерийские бригады, а вместо шести укрепленных районов указан только один. Разумеется, закономерно возникает подозрение, что авторы умышленно занижают общую сумму солдат и офицеров, находившихся в распоряжении командования фронтом на 22 июня. Тем более что указанное ими число (440 000 человек) значительно уступает тому, которое подразумевает штатное расписание войск фронта[317]. Проверить эту догадку, к сожалению, невозможно, поскольку подробной раскладки (хотя бы до уровня бригады) по реальному численному составу вооруженных сил СССР на 1941 год в открытой печати все еще нет. Поэтому здесь придется поверить генералу Кривошееву на слово и продолжить за него работу по детализации усилий Красной Армии в стратегической операции по обороне Прибалтики.
