Мик больше похож на покойника, чем на живого человека. Рот приоткрывается, глаза почти запали. Кожа землистого цвета с черными подтеками. Но грудь едва заметно поднимается, Мик еще дышит, а значит, он жив.
Софья сидит рядом с ним, подсунув под себя ноги. Она кладет ладони на грудь Мика, закрывает глаза. Из-под пальцев распространяется синее свечение. Сверкающим туманом оно покрывает тело Мика. Он словно в коконе сверкающих небесных частиц.
— Ксена, — произносит, не открывая глаза, Софья.
Ксения кладет свои ладони сверху, и к синему добавляются желтые искры. Они впитываются в тело Мика, проходят сквозь защитный костюм и одежду. Я чувствую его как себя. Мелкие покалывания захватывают каждую клеточку и возвращают жизнь.
— Врачевательницы? Но откуда? — я теряюсь в предположениях. — И почему я сразу не смог их заметить? Слепец! Не туда смотрел или мне отвели взгляд?
Видимо, все чувства, что я сейчас испытываю, написаны на моем лице.
Гурман стоит рядом и ухмыляется. Подходит ближе и наклоняется:
— Не заметил? — шепчет мне почти на ухо и кивает на женщин. — Моя жена. Она не простая грелка. Она магиня. — На лице проявляется гордость.
— А Ксена? — Так же тихо спрашиваю я.
— Ксена? Тоже ведьма, только она как нектар, вливает в Мика жизнь, а Софья лечит.
На белых щеках Мика появляется бледно-розовый румянец. Губы темнеют, наливаясь кровью.
Женщины отодвигаются от него, и я вижу крепко сжатые губы Софьи. На лице Ксены удовлетворение.
Кажется, у них получилось. Я приближаюсь к ним и сажусь рядом.
— Благодарю вас, — произношу тихо, чтобы слышали только они, — я в вашем вечном долгу, и если вдруг когда-нибудь вам понадобится помощь моей семьи, я всегда в вашем распоряжении.
Лезу в карман и достаю визитку с контактами. Софья кладет руку сверху на мою, останавливает меня.
— Я знаю, из какой ты семьи, если понадобится, то мы найдем тебя.
— Но откуда?
Сказать что я удивлен, значит, ничего не сказать.
Софья крутит головой и находит байки наших родителей.
— Эта история в свое время наделала шуму в наших кругах. Химеру знали практически все байкеры. Она на ежегодных движах часто выигрывала забеги еще у моей тетки и старшего брата. А на файер-шоу что вытворяла?! — Закатывает глаза Софья. — У тетки видеоролики остались с тех времен, мы иногда устраиваем вечера с просмотрами старых записей. И папашка ваш успел прославиться, он химеру долго выслеживал, на всех движах появлялся, все высматривал ее и пытался отследить, где она живет. Но хитрая девчонка попалась, умело его обводила вокруг пальца. А потом совсем куда-то скрылась, и, говорят, ее долго мистер справедливость искал, и судя по всему нашел.
Софья усмехнувшись, смотрит мне в глаза, потом отворачивается и поправляет челку на лбу Мика. Брат уже спокойно спит, приоткрыв рот как младенец. Софья с хитрецой скользит по непроницаемому лицу Ксены.
— Так что о вашем магическом происхождении мы поняли сразу, как только увидели химеру и дракона, — кивает Софья на наши байки.
— Так, ну что, по коням, нам до захода солнца нужно добраться до моста, иначе, нас не пустят. — В разговор вступает Гурман.
— Братки, давайте, нужна помощь, — обращается он к друзьям.
Указывает на машину Ксены. Часть зерна высыпалась из кузова и лежит горкой рядом. Но большая осталась в кузове под пологом.
Я наблюдаю, как от толпы отделяется трое байкеров. Огромные, сильные, они, переглядываясь, неторопливо закатывают рукава и подходят к перевернутому камазу Ксены.
Становятся у корпуса автомобиля и спокойно, без натуги поднимают его на колеса. Через минуту машина стоит на краю дороги, готовая к поездке.
— Помогите отнести Мика в мою кабину, — просит Ксена нас, и обращается к байкерам: — И его байк закиньте, в кузов.
Относим Мика в кабину. Укладываем его за водительским сидением на матрац, Ксена подкладывает Мику под голову подушку и укрывает пледом.
Мик приходит в себя. Он еще слаб, но улыбается.
— Ник, только ничего не говори родителям, — тихо просит он меня. В его глазах мольба. — Со мной все будет хорошо, вот увидишь.
Мик убирает с себя плед.
— Мне жарко. — Поворачивает он голову и смотрит на Ксену.
— Я сейчас кондиционер включу, это чтобы не простудить, — заботливо поправляет она плед и спускается вниз. Я спускаюсь за ней.
— Я поеду следом за тобой, — говорю Ксене и иду к байку.
Киви шагает за мной.
— Нет, ребята, так дело не пойдет, — летит мне в спину.
Останавливаюсь и оглядываюсь. Ксена стоит у раскрытой поцарапанной двери. Руки по-хозяйски уткнуты в бока.
— Здесь наши дорожки временно разойдутся, вам на юг, а нам… — кивает она на свою кабину. — В другую сторону.
— Это не тебе решать, он мой брат, — я возбужденно тыкаю пальцем, указывая на кабину.
— Ошибаешься, это теперь мое дело, в нем часть меня, если ты не в курсе, как работает нектар.
Ксена загораживает собой дверь в кабину и усмехается.
Я готов взорваться и накинуться на эту самоуверенную идиотку, но легкое касание моей руки неожиданно успокаивает меня.
Киви.
Она берет меня за руку и говорит тихо, но слышим ее и я и Ксена.