Брак между братом королевы Корнуольского королевства и старшей принцессой Ришского должен был стать гарантом мира двух могущественных государств. Но не всех устраивает такой расклад. Тайный враг делает свой ход, вот только что случится, если в его планы вмешается одна провидица? Герцог Лиам Саттэр никогда не мог предположить, что однажды проснется в чужом теле и единственной, кто сможет ему помочь, станет жестоко обиженная им девушка.
- Вы уверены, что оно подействует? - старшая принцесса Ришского королевства Дариса Хогниншем вопросительно посмотрела на недавно представленную ко двору Риторию Силвер, а ныне герцогиню Триан.
- Даже не сомневайтесь, Ваше Высочество. Как только Вы выпьете зелье, а король Виттор после этого в течение часа свое, он сразу же воспылает к Вам неземной любовью. Я помогу Вам. Доверьтесь мне. Вы станете его королевой. Любимой королевой. Он бросит свою брюхатую женушку! Обещаю!
При упоминании королевы Анны Райан глаза рыжеволосой леди Триан сверкнули такой ненавистью, что Дариса Хогниншем даже на мгновение засомневалась, а правильно ли она поступает. Да самолюбие принцессы было задето, когда Викрам Ратхор, а как оказалось на самом деле Виттор Райан - чудом выживший законный наследник Корнуольского королевства, отверг ее и голую бесцеремонно вытащил из своей постели. Никто и никогда не отвергал красавицу Дарису. Она поклялась, что Виттор Райан еще женится на ней, но ее мечтам не суждено было осуществиться. Объявление о внезапной королевской свадьбе его и герцогини Анны Саттэр, признание отца, что эта девушка приходится ей и Ионе сводной сестрой... Дариса плакала на плече своего порядком поднадоевшего любовника, но все же затем позволила ему себя утешить. Пусть в Ришуе превозносили женскую скромность и строго следили за соблюдением приличий, король Тристан так и не сумел обуздать нрав своей старшей дочери от любимой жены. Отец ей многое позволял и если наказывал, то не столь сурово как требовалось. Избалованная и эгоистичная Дариса твердо решила, что добьется своего, тем более леди Ритория Триан кажется искренне хотела ей помочь.
- Благодарю Вас, - старшая принцесса схватила руку герцогини и ощутимо ее пожала, на что новоиспеченная фрейлина с трудом удержала себя, чтобы не залепить пощечину раздражающей ее принцессе.
Когда Дариса Хогниншем покинула тайную беседку, с дальней скамейки спал морок и невидимый до этого собеседник довольно улыбнулся.
- Вы справились.
- Это было не трудно, - пожала плечами герцогиня Триан. - И сдалась она Вам, лорд...
- Тшш, - мужчина поднес палец к губам Ритории, показывая тем самым, чтобы она молчала. Несмотря на полуулыбку, застывшую на губах, глаза лорда предостерегающе сверкнули. Да этот мужчина был опасен, очень опасен. Он затеял рискованную игру, и Ритория решилась. Ее выдали замуж за старого герцога, а она до сих пор желала только его - Виттора Райана. А лорд, он пообещал ей короля на блюдечке с голубой каемочкой, вот только за эту каемочку предстояло еще заплатить высокую цену.
- Мы договорились не произносить мое имя, вслух. Обо мне никто не должен узнать, иначе ничего не получится.
- И все же! - Ритория не смогла промолчать. После того как обманом удалось убедить Дарису выпить зелье именно на помолвке с Лиамом Саттэром, а не раньше, леди Триану накрыло чувство эйфории и собственного превосходства. Она жаждала мести и предвкушала тот момент, когда получит желанного мужчину. - Принцесса Дариса - дура, у которой в голове одни наряды. Ее постель по проходимости может сравниться не иначе как с главным королевским трактом. Вам было бы лучше обратить свое внимание на младшенькую Иону...
Договорить Ритория не успела. Ее горло сжали железной хваткой и с такой же полуулыбкой на губах произнесли:
- Я не нуждаюсь в советах, леди. Если все еще хотите получить короля Виттора, тогда прикусите свой язычок и следуйте плану. Через два дня мы выезжаем в Корнул. Не забудьте про вторую часть. Будьте осторожны в своих мыслях и поступках. Не забывайте, король Тристан и королева Анна - провидцы. Если мы не будем делать резких движений, то каждый из нас получит желаемое.
- Не сомневайтесь во мне, - прохрипела Ритория и ее наконец отпустили.
