Телохранители были предупреждены, пропустили без звука, лишь попросили положить в металлический ящик оружие, коммуникаторы и умные очки, после чего детективы оказались в большом помещении, обставленном с кричащей роскошью: какие-то вазы, символизирующие выдающийся достаток хозяина; ковры с длинным ворсом; разноцветная мозаика на стенах; тут же мраморные колонны; тут же ростовой портрет хозяина, как он из пиалы пьёт чай в окружении гурий; тут же хрустальная люстра, при взгляде на которую хочется достать пистолет и выстрелить; всюду золото, позолота и прочие признаки жизненного успеха, выставленные напоказ полуграмотным уголовником.
На фоне разноцветья дорогостоящих отделочных материалов тусклый хозяин кабинета настолько потерялся, что разглядеть его без умных очков оказалось не просто.
— Привет, Зайнулло, всё богатеешь?
— Праведные труды приносят значимую прибыль, — ответил сидящий за столом бандит: невысокий, худощавый мужчина в сером костюме и белой рубашке. Черноволосый и чернобородый. — Уваров, когда ты начнёшь обращаться ко мне с должным уважением?
— Когда ты его заслужишь, Зайнулло. — Иван зевнул. — То есть никогда.
Взгляд, которым главарь палачей наградил Уварова, был далёк от дружеского, и даже нейтральным его было назвать трудно, но поскольку родных братьев Зайнулло Ивану убивать пока не доводилось, бандит, помолчав, продолжил:
— Я знаю, зачем ты пришёл, Уваров. — Следующий взгляд предназначался Соломону: — И знаю, кто ты.
— Ты так много знаешь, — протянул Терри.
— Представь себе — много.
— А ведь даже среднюю школу не окончил. — Соломон приятно улыбнулся. — Я читал твоё досье.
— Зато у меня дом в пригороде, пентхаус в центре и чиновники, облизывающие мне пальцы за копейки, которые я им бросаю, — похвастался бандит. И повторил: — Уваров, я знаю, зачем ты пришёл.
— Мирам с тобой говорила?
— У неё слишком мелкое дело, чтобы я тратил на него своё драгоценное время, — важно ответил бандит. — Мирам говорила с одним из моих менеджеров. Я расспросил его и даю слово, Уваров, в их разговоре не было ничего, что могло бы тебя заинтересовать. Мирам хотела получить скидку, менеджер сделал предложение, сообразное её запросам, она пообещала подумать. На этом всё.
— Ей понравилось предложение? — уточнил Соломон прежде, чем в разговор вернулся Иван. — Мирам говорила, что заинтересована?
— Мы об этом не спрашиваем, нам всё равно, — усмехнулся Зайнулло. — Препарат хорош тем, что на него есть постоянный спрос, и спрос растёт. Сколько бы препарата мы ни привезли — его стабильно разбирают, но он не даёт большой прибыли, поэтому делать очень большую скидку мы не можем. — Пауза. — Неужели ты не знаешь этих истин?
Терри ответил выразительным взглядом, но промолчал.
— Мирам принимала твой генофлекс? — поинтересовался Иван. — Обращалась к твоему фрикмейстеру?
— Нет. — Бандит ответил удивлённым взглядом. — Зачем ей мои фрикмейстеры, если у неё своих шесть?
Кажется, он был по-настоящему удивлён.
— Мы можем ему верить? — нарочито громко спросил у Ивана Соломон.
— Он совсем зелёный или прикидывается? — так же демонстративно спросил у Ивана Зайнулло. И только после этого посмотрел на Терри: — Не знаю, как обстоят дела в том месте, откуда ты явился, но здесь мы с Биобезопасностью стараемся не ссориться. Да и вообще, зачем нам проблемы с Би-3? Они позволяют нам паразитировать на левом генофлексе, а мы знаем, что должны сдавать палёный — сразу и быстро. А если мы этого не сделаем — эти собаки нас порвут… — Кивок в сторону Уварова. — Приедут и пристрелят, и плевать им на прикормленных мною чиновников и полицейских… Ведь так?
— Ты так меня нахваливаешь, будто на работу взять хочешь, — безразличным тоном произнёс Иван. И выплюнул зубочистку на стол Зайнулло: — А теперь скажи мне то, что ты действительно хочешь сказать.
— Шайтан, — выругался Зайнулло, злобно глядя на зубочистку, но не прикасаясь к ней. — Уваров, как ты это делаешь? Как меня читаешь?
— Это моя профессия, — ответил Уваров. И вопросительно поднял брови.
— В городе появился новый поставщик левого генофлекса, ещё мелкий, но с амбициями, — рассказал бандит. — Он круто демпингует, и я думаю, что палёный препарат идёт от него.
— Почему я об этом поставщике не слышал?
— А ты слышишь обо всех небольших командах, которые приезжают в город с мешком генофлекса и амбициозными планами? — осведомился в ответ Зайнулло.
— Почему ты обратил на них внимание?
— У них оказался большой мешок и очень дешёвый генофлекс, — объяснил бандит. — Они начали надоедать.
— Почему вы им не объяснили, как нужно вести себя в приличном городе?
— Не идут на контакт.
Уваров выразительно посмотрел на бандита и тот нехотя закончил:
— Мы хотели сдать их полиции, но тут у тебя возникли проблемы, и мы решили… что так даже лучше. Не твои проблемы, конечно, а то, что новички могут быть к ним причастны и ты разберёшься.
— Я тебя понял.
— Тогда хорошего вечера, Уваров. Заходи как-нибудь.
— Увидимся, Зайнулло.
Соломон молчал всё то время, пока они возвращались к внедорожнику, и лишь в шаге от него остановился и посмотрел на напарника:
— Что это было?