- Это было сделано со мной Жёлтыми Ножами пять лет назад, - объяснил он. - Я потерял сознание, а они приняли меня за мёртвого. Я очнулся позже, и выжил.
- Я услышал о таких случаях, - кивнул я.
- Это ужасно, - сказал он.
- Часть кожи восстановилась, - отметил я, но при этом я отлично видел, что в большая часть головы моего друга представляла зарубцевавшийся шрам, с просвечивающей местами оголённой костью черепа.
- То немногое, что восстановилось, - с горечью сказал Грант.
- Повезло, что Ты не истёк кровью, - успокоил я.
- Ты думаешь?
- Я уверен.
- Возможно, - вздохнул он.
- И многие знают об этом?
- Только Ты и не знал, - сказал Грант. – Вообще-то это не новость.
- Понятно, - улыбнулся я.
- Ну, ещё Васнаподхи не знала, - добавил он. - Когда я шляпу снял, её от избытка чувств вырвало.
- Она – всего лишь рабыня, - усмехнулся я, бросив взгляд на опустившую голову Васнаподхи.
- Ты не задаёшься вопросом, почему это Грант колесит по Прериям, и почему он проводит так мало времени со своим собственным народом? – спросил мой друг.
- Стойбище вот-вот падёт окончательно, и это - неизбежно, - я попытался перевести разговор в более практическое русло. - Я предлагаю, срочно уходить, пора спасать свои жизни.
- Я предпочитаю находиться Прерии потому, у краснокожих животы крепче! - зло сказал Грант, ответив на свой же вопрос.
- Всадники! - крикнул Кувигнака. - С кайилами!
Мы развернули наших кайил, готовясь к бою.
- Это - Кайилы! – приглядевшись, обрадовано сказал Кувигнака.
Пять воинов, клана Напоктан, каждый с заводной кайилой на привязи, остановились около нас.
- Женщины и дети, находятся в том направлении, - показал им Кувигнака.
- Васнаподхи, - вдруг воскликнул, один из воинов, - Это Ты?
Васнаподхи, выглядевшая совершенно беспомощно, немедленно упала на колени. Губы девушки задрожали, а глаза до краёв наполнились слезами. Она испуганно смотрела вверх, на краснокожего воина.
- Да, Господин! – наконец смогла выговорить она.
- Быстрее! - крикнул вожак воинов, и они быстро набирая скорость, помчались в сторону указанную Кувигнакой.
Я расслышал интонации, с которыми Васнаподхи произнесла слово «Господин» обращённое к молодому краснокожему. Это вовсе не было простая констатация факта, с которой любая рабыня могла бы обратиться к любому свободному мужчине, выражая понятную скромность и уважение перед ним. Это скорее было сказано с интонациями, как если бы он был её истинным господином.
Грант, как я заметил, уже надел свою широкополую шляпу. Видимо, он не хотел пугать, своим видом молодых воинов.
- Это – Вайейека, - уверенно сказал я, обращаясь к Васнаподхи.
- Да, Господин, - признала она, посмотрев на меня заполненными слезами глазами. Теперь-то я понял, почему она спряталась от него в стойбище. Она просто боялась своих чувств. Я уже не сомневался, впрочем, уверен, как и сама девушка, что она всем сердцем по-прежнему любила его. По её глазам, её голосу, по тому, как она сказала ему «Господин», я понял, что она всё ещё, глубоко в душе, рассматривала себя, как его рабыню.
Грант, не менее проницательный мужчина, чем я, тоже заметил это.
Васнаподхи встала, потерянно глядя вслед всадникам. Она, с плачем, протянула руку за ними.
- Позвольте мне следовать за ним, Господин, - попросила она Гранта. -Пожалуйста!
- Разве Ты получила разрешение подняться, рабыня? - поинтересовался торговец.
Она не понимая, смотрела на него. Тогда Грант, с сильным ударом тыльной стороны ладони, сбил её с ног, отбросив в траву. Она посмотрела на него, не веря в происходящее. В уголке её рта появилась кровь. Грант, не церемонясь, заставил её вытянуть руки вперёд, и скрестить запястья, после чего крепко связал их одним концом длинной привязи, и за неё вздёрнул девушку на ноги.
- Ты ему не принадлежишь, - строго напомнил торговец. - Ты моя собственность.
- Да, Господин, - проскулила она, глотая слёзы.
Грант забрался на свою кайилу. Он накинул на луку седла свободный конец её привязи, и пообещал:
- Если мы выживаем, то тебе предстоит узнать, что твоё нарушение правил заработало для твоей спины превосходную порку.
- Да, Господин, - заплакала она.
Со всем своим сердцем она хотела бы сейчас бежать за Вайейекой, но она пойдет за Грантом. Её желание ничего не значило. Она была рабыней.
- Я был слишком поглощен самим собой, - объяснил Грант. - Иногда я позволяю подобному выходить наружу. Я благодарю вас обоих, друзья мои, за то, что с пониманием отнеслись ко мне и моим чувствам.
- Поехали, - предложил Кувигнака. - Уже почти стемнело. Надеюсь, что многим удастся покинуть стойбища, верхом или пешком.
- Надеюсь, Вы пойдёте со мной? – с надеждой спросил Грант.
- Нет, - мотнул головой Кувигнака.
- Война - дело воинов, - напомнил Грант.
- Мы - воины, - гордо заявил Кувигнака.
- Тогда, желаю Вам всего хорошего.
- Мы тоже, желаем тебе всего хорошего, - сказал я.
- Оглу вастэ! - крикнул Кувигнака.
- Оглу вастэ! - отозвался Грант, - Удачи!
