Вскинув руку, Роман достиг некоего "чекпоинта". Все действия до этого – продолжали происходить, но они повторялись, и поэтому происходили как бы "на автомате", без какого-то волевого участия или усилия, они просто сократились, оставив место новым решениям и поступкам. А эти решения и поступки были очень важны, окружающая среда стала очень недружелюбной, время неизбежно утекало, а мир был наполнен агрессивными "врагами" которые были безжалостны в своем отчаянии. Наличие этих врагов, подстегнуло Романа, он почувствовал тягу к существованию, но эта тяга имела мрачный, тяжелый оттенок. Он должен был избавится от "хвоста", от всех этих случайных людей, которые незаслуженно существовали. Он чувствовал презрение к ним, даже отвращение, а так же болезненное чувство злобы, из-за своей слабости. Он должен был обезопасить себя и своих близких! Мозг, задействовав последние резервы, вошел в режим повышенной активности. В голове у Романа стали моделироваться цепочки событий, смысл которых был в накоплении времени и оставлении ловушек, а точнее – обманных путей, которые должны были истощить и остановить врага. Он был не один, ему помогали отец и друзья. Вместе они успешно "раскачивались", совершая какое-нибудь действие одновременно, например – терли пальцами о какую-нибудь поверхность. Этот метод давал время, но отнимал кровь. Но Роману помог "раскачаться" этот парнишка с работы. Он пытался вызвать в Романе слезы, расстроив его. Он повторял "я хочу жить в его глазах". В конце концов, он закончил тем, что голый имитировал половой акт с какой то бумажкой. Он никак не мог понять, что над ним просто издеваются и используют. Но жалости к нему не возникало, у него были явно садистские наклонности и был при том очень наивен. Конечно, он сыграл очень полезную роль, так как выдавал, такие невероятные идеи как нагадить в кастрюлю или с помощью чертежа выяснить, где у Романа находится задница. Он создал ритм и показал примерный ход мысли возможного "врага".
Мозг Романа "кипел", цикл за циклом, решались возникающие на ходу проблемы. Все они были наполнены какой-то "маслянистой" болью. Хоть и решения каждый раз находились, атмосфера была невыносимой. Было страшно. Роме удалось "дойти" до коридора квартиры, там он увидел открытую входную дверь, за ней, он понял, руины. Это был переломный момент, наш герой вскочил с кресла, в руке он почувствовал небольшой, тонкий, стеклянный диск. Он буквально залетел к нему в кулак. Роман понял, что это проекция Юли– ее "носитель". Она "летала" в каких-то мирах. Роман из последних сил, умственно "поместил" этот диск под пивную кружку, и обращаясь к отцу, подумал: "Попьем мы еще пива, папа!". Он сделал это отчасти из мести, отчасти из любви. Таким образом, он продолжил Юлины "полеты". Пронеслась волна мутных, тревожных образов, но они уже мало значили. Роман осознал, что они со своей компанией, умудрились проделать путь в бесконечность длинной, начиная от табуретки в его комнате, заканчивая американскими городами. Путь был полностью детерминирован, и был уже пройден несколько раз, туда-обратно. Это показалось Роману потрясающе невероятным, а отец уже снова "крутился" у табуретки.
Роман начал ходить по квартире, с воспаленным состоянием сознания, туда-сюда. Он не знал куда деваться. Его отец это заметил и стал за ним наблюдать. Это еще больше усугубило состояние Романа. Наворачивая очередной круг по квартире, к нему в ухо залетела граната. И взорвалась. Потом вторая. В глазах побежали помехи. Это был подарок из Советского Союза, почему-то, подумал Роман. Акт милосердия, потому что он уже представлял из себя какого-то киборга, или зомби. Вместе со звуками взрывов утихли и остальные мысли.
"Что потерял? Куртку? Вот она"– Роман тупо уставился на отца. А потом на куртку. Она и вправду лежала смятая на столе, а отец казался карикатурным, ненастоящим. В пачке осталось три сигареты. Роман был готов поклясться, что в прошлый раз их тоже было три. Во рту почувствовался металлический привкус.
С балкона он увидел своего друга – Серегу, он присел на корточки, смотрел на него очень голубыми глазами и похлопывал по воде лужи, растаявшего снега. Роман понял, что это какая-то уловка, и довольно неплохая.
Покурив, Роман сел на диван и уставился на стол, на нем был бардак, лежали какие-то салфетки, упаковки от конфет и пустые бутылки. В сознании возник образ бородатого, южной внешности мужчины. Он хотел решить какой-то вопрос. Роман мысленно дал знать, что не пойдет на диалог. Тот сказал, что будет тогда сидеть и курить. На салфетке, лежавшей на столе, как будто бы проступила капля слюны. Это показалось Роману отвратительным, но бороться не было никаких сил. Захотелось в туалет. На стене, уложенной кафелем, в узоре, Роман увидел двоюродного брата. Он застрял там. Что-то сказав Роману, он остался там, среди каких-то веток и лепестков. Это расстроило Романа еще больше.
