В жизни издателя Йонатана Н. Грифа не было места случайностям, все шло по четко составленному плану. Поэтому даже первое января не могло послужить препятствием для утренней пробежки. На выходе из парка он обнаруживает на своем велосипеде оставленный кем-то ежедневник, заполненный на целый год вперед. Чтобы найти хозяина, нужно лишь прийти на одну из назначенных встреч! Да и почерк в ежедневнике Йонатану смутно знаком… Что, если сама судьба, росчерк за росчерком, переписала его жизнь?
Посвящается моей матери Дагмар Хельге Лоренц
08.03.1945 – 20.10.2015
и моему отцу Фолькеру Лоренцу
Невозможно прибавить дней жизни, но можно прибавить жизни дням.
Довольно пошлая мудрость.
© Bastei Lübbe AG, Köln, 2016
© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2017
© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2017
В газету «Гамбургер нахрихтен»
Редакция/Служба работы с читателями
Почта
Гамбург, 31 декабря
Дорогая редакционная команда,
Прежде чем пожелать вам сегодня счастья и успешного начала нового года, хотел бы вкратце указать вам на несколько ошибок в вашем последнем номере.
На странице 18 вы пишете о новом кинофильме «Ледниковый период» с Геннингом Фурманном: «Геннинг Фурманн (33 года), который ранее прославится ролями в сериалах…»
По этому поводу я хотел бы заметить, что у Геннинга Фурманна, согласно «Википедии», день рождения сегодня, то есть 31 декабря. Стало быть, ему уже не 33, а все 34 года. На это вы, очевидно, не обратили внимания. К тому же в составленной вами статье неверно употреблен глагол, правильно следовало бы писать: «который ранее прослави
А на последней странице к статье о «Эльбфилармонии» вы ставите название: «Jetzt gehen sie auf’s Ganze!»[1]. Конечно же, здесь «aufs» пишется без апострофа!
Вот что говорит об этом «Дуден»[2]:
«1. При общих обычных слияниях предлогов и артиклей, как правило, апостроф не ставится. Например:
– ans, aufs, durchs, fürs, hinters, ins, übers, unters, vors
– am, beim, hinterm, überm, unterm, vorm
– hintern, übern, untern, vorn; zur»
Неизменно с глубоким уважением,
Йонатан Н. Гриф был недоволен. Он, как и каждое утро, ровно в 6: 30 надел кроссовки. Несмотря на минусовую температуру, он вскочил на горный велосипед и отправился к месту ежедневной пробежки вокруг Аусенальстера[3].
Как обычно, каждый год 1 января его раздражали не только остатки хлопушек, ракет и китайских петард, смешавшиеся на всех тротуарах с раскисшим снегом и превратившиеся на беговых и велосипедных дорожках в отвратительную кашу. Он злился не только из-за закопченных и разбитых бутылок из-под пива и шампанского (их использовали как стартовые площадки для ракет). Никто и не подумал выбросить их после в мусорный контейнер для стекла. Он сердился не только из-за густого, смешанного с туманом воздуха, который радостные – в глазах Йонатана Грифа безответственные – жители Гамбурга превратили своими безмозглыми фейерверками в кошмар из мелкой пыли. Этот воздух теперь висел облаком смога над ганзейским городом и не давал Йонатану нормально дышать.
(Теперь, конечно, все эти новогодние «трупы» с похмелья лежат в постелях в коматозе. Новогодние пожелания – пить поменьше и не курить вовсе – они развеяли по ветру в первую же минуту после полуночи, запустив особенно громкую ракету. Они дебоширили и буянили до раннего утра, словно им никакого дела не было до того, какие суммы они прожигали. Этими деньгами можно было бы существенно пополнить федеральный бюджет.)
Нет, Йонатана Грифа злило не только это.
Больше всего его возмущало то, что ночью, и в этот Новый год, его бывшая жена Тина умудрилась поставить под его дверь шоколадную фигурку трубочиста. Да еще и с открыткой, на которой, как всегда, пожелала: «Успешного и счастливого Нового года!»
