Через минуту к Расадулаеву ввели Салиха.
– Я недоволен тем, как вы содержали заложника… – начал Гамзало.
У Салиха похолодело в груди. Попасть под горячую руку эмира никак не входило в его планы.
– Гамзало, но это все Умар… – осторожно проговорил Салих. – Я не имел к этому отношения. Я отвечал только за переправку…
– Значит, Умар должен ответить?
Подчиненный Абдулина молча опустил голову.
– Гамзало, мы не можем повлиять на него. Последнее время Умар вообще странно себя ведет. Недавно он забил до смерти одного из наших. Хотя тот был правоверный. И это уже не первый раз. Иногда у него начинаются просто неконтролируемые приступы гнева… И он не может остановить себя. Он убьет любого, кто попытается ему помешать… Наши ряды расширяются, Гамзало, но нам не хватает ваххабитской литературы и видеозаписей для обучения новичков. Умар ничего не делает для того, чтобы обеспечить новых людей информацией…
– Мы пришлем с тобой партию методических материалов. А ты расскажи мне, какие акции вы провели за последнее время, – Гамзало встал со стула и прошелся по комнате.
– Пока мы только похитили Кеплера. И сейчас планируем налет на инкассаторскую машину. Так говорил Умар, но он…
Салих не успел договорить. В комнату вошел конвойный.
– Кеплер в порядке, – доложил он.
– Приготовьте телефон. Сейчас позвоним родственникам… А ты пойдешь со мной, – бросил Расадулаев Салиху.
Он направился в комнату, где содержали заложника.
Когда боевики вошли внутрь, Кеплер уже сидел на стуле. За спиной у него стоял вооруженный автоматом чеченец.
Гамзало подошел к банкиру вплотную и, взяв его за подбородок, слегка приподнял голову вверх. Убедившись, что Кеплер находится в сознании, он резко отпустил его голову.
– Кто может дать за тебя выкуп? – спросил Гамзало. – Родные, партнеры по бизнесу?.. Кому звонить?
Гамзало протянул руку, и тут же его охранник вложил в нее трубку радиотелефона.
– Тетя, – тихо ответил банкир. – Позвоните моей тете… Только не трогайте меня!..
Гамзало набрал продиктованный банкиром номер. Трубку на том конце провода взяли практически сразу.
– Здравствуйте. Это по поводу вашего племянника… – начал террорист.
– Где он? – откликнулся взволнованный женский голос.
– Вы задаете лишние вопросы. Вам сейчас надо слушать меня, – жестко отчеканил Гамзало. – Я скажу один раз! Наши требования – три миллиона американских долларов! Или вы получите… голову Густава Кеплера. Вы этого хотите?
Ему не ответили.
– Я уверен, вы правильно меня поняли, – продолжил Гамзало, выдержав небольшую паузу. – Итак, у вас семьдесят два часа на то, чтобы выполнить наши требования. Иначе мы пришлем вам палец вашего племянника… Для начала. Потом еще один…
Кеплер, который находился в той же комнате под прицелом автомата, замотал головой. В трубке всхлипнули.
– Так будет продолжаться, пока у него не кончатся пальцы на руках, – Гамзало опять помолчал. – А потом мы займемся его ногами… Да, и не стоит обращаться за помощью в ваши службы. А то мы его просто убьем. Густав надежно спрятан. Они его все равно не найдут… Вы хорошо меня поняли?
– Да, – едва слышно ответили в трубку.
– А сейчас вам будет разрешено поговорить с вашим родственником.
– Господи!..
Расадулаев зажал микрофон рукой. Террорист с автоматом, удерживая Кеплера на мушке, подтолкнул его в спину. Пленник сделал несколько шагов в сторону Гамзало. Расадулаев приставил к его уху трубку.
– Скажи, что ты ее любишь, – велел лидер группировки.
Террорист с автоматом уперся дулом в висок банкира.
Кеплер склонился над трубкой.
– Тетя… – едва слышно проговорил он. Голос банкира дрожал. – Тетя Софа…
Женщина не выдержала и разрыдалась.
– Я люблю тебя, тетя Софа, – тихо произнес наконец Кеплер.
– Густик! Что они с тобой сделали, миленький? Густик, скажи еще что-нибудь! Как ты? С тобой все в порядке? Густик?.. – взволнованно продолжала спрашивать родственница заложника.
– Скажи, что у тебя все в порядке. Пока… в порядке, – проговорил над самым ухом заложника Гамзало.
– У меня все нормально, тетя, – машинально повторил Кеплер.
– Пока нормально, – настаивал Расадулаев.
– Пока нормально, – вторил ему банкир.
Кеплер начал беззвучно плакать. Плечи его затряслись.
Гамзало взял в руки винтовку. Банкир покосился на оружие, которое в руках главаря группы смотрелось особенно зловеще, и тут же перестал плакать, он съежился и замолчал.
– Скажи, чтобы выплатили деньги, – продиктовал террорист.
– Найдите деньги, тетя… Заплатите им за меня деньги. Я не могу больше. Софочка…
Кеплер зарыдал снова, и Гамзало с силой толкнул заложника на пол. Затем снова приложил трубку к своему уху.
– Вы все поняли? На все у вас три дня! – Лидер отряда поставил винтовку на пол.
– Но сумма!.. Это такие деньжищи! Где мы их возьмем? – запричитала женщина. – У нас нет таких денег… Мы – не миллионеры. Даже если мы все продадим, мы не наберем столько…
– Продайте банк и виллу Кеплера на Урале. За три дня вы их продадите… Я сказал, всего три миллиона. Наши требования будут увеличиваться, если вы не предоставите нам деньги за семьдесят два часа.
– Но как же? Всего три дня?! – взмолилась женщина.
