— Слава, — повторил Лев, так и не придумав, что сказать.
— Да? Я слушаю.
— Я уже несколько дней не сплю.
Он нахмурился:
— Почему?
— У меня… не получается.
— Просто бессонница?
Лев пожал плечами:
— Наверное. Вроде того.
— Принимал что-нибудь снотворное?
Чувствуя искреннее беспокойство в голосе Славы, глядя на чуть сведенные брови и посерьезневший взгляд, Лев не осмелился соврать ему. Или просто не захотел.
Он сказал:
— На самом деле, это не совсем бессонница.
— А что это?
— Кошмар наяву, — негромко ответил Лев. — Сонный паралич. Слышал о нём?
— Слышал, — Слава подался вперед, ближе к камере. — И у тебя эта хрень?
— Да.
— Давно?
— Несколько месяцев. Я из-за этого начал пить… Чтобы лучше спать. А потом много работал. Чтобы уставать и… тоже лучше спать.
Слава покивал:
— А теперь праздники, ты не пьёшь и не работаешь. Тебе хуже.
— Да.
Подумав, Слава уточнил:
— Больше ничего не помогает?
— Помогает.
— Что?
— Ты.
— Я? — он улыбнулся.
Лев смущенно опустил глаза. Тяжело было рассказывать, как он смотрел его любимые мультфильмы в гостиной, как обнимал выкраденную из шкафа футболку, как через запах и ощущения пытался внушить самому себе, что супруг рядом, и только тогда
Слава, не дождавшись пояснений, вдруг предложил:
— Хочешь я побуду с тобой?
Тогда уже Лев улыбнулся:
— Каким образом?
Слава пожал плечами:
— Просто… буду здесь. Давай не будем отключаться.
— Тебе будет неудобно…
Слава оборвал его:
— Давай я сам решу, удобно мне или нет.
— Да ну, я ребенок что ли?
— Ну, где-то глубоко внутри — наверняка, — он подмигнул. — Сейчас перезайду с ноутбука.
И, не дожидаясь согласия Льва, он отключился. А Лев, как на автопилоте, поднялся и поплелся в спальню: взял свой ноутбук, подключил к сети питания, открыл крышку. Окно Скайпа, как это всегда случалось при включении, вылезло на экране само собой. Лев посмотрел на время: 02:34
Он выключил верхний свет, включил лампу на прикроватной тумбочке, второпях, чтобы не делать этого перед Славой, скинул одежду и оставил её на спинке стула, а затем вместе с ноутбуком нырнул под одеяло. Ноутбук расположил на соседней подушке — там, где и хотел видеть настоящего, физически осязаемого Славу.
Слава тоже звонил из спальни: он, подперев голову рукой, лежал на кровати поверх застеленного покрывала, щурил глаз от солнечного света и улыбался в камеру.
— Ну, спокойной ночи? — произнес он.
— Ты тоже спать? — уточнил Лев.
— Я полежу рядом, — он опустил голову на подушку, сунул руки под щеку. — Подожду, пока ты не уснешь.
Лев забрался поглубже в одеяло, устроился удобней на подушке и неловко посмотрел на Славу. В который раз его накрыло удушающее чувство странности от всего, что происходило: они оба лежали в одной постели, смотрели друг другу в глаза и были при этом невыносимо далеко. Непреодолимо далеко. Несправедливо далеко.
Слава протянул руку, но она пропала за пределами камеры.
— Что ты делаешь? — спросил Лев.
— Глажу тебя по волосам.
«Я не чувствую», — с грустью подумал Лев и в глазах защипало. Только бы не заплакать…
— Закрывай глаза, — прошептал Слава.
Лев послушался, и понял, как это было необходимо: глазные яблоки ныли от боли, а веки казались тяжелыми, словно за ресницы кто-то подвесил груз. Не размыкая глаз, Лев попросил:
— Можешь что-нибудь рассказать?
— Что?
— Что угодно. Хочу слушать твой голос.
— Могу почитать.
— Давай.
Славина постель зашелестела, динамики коротко треснули, на миг стало тихо-тихо, а потом снова: шорох, скрип кровати и Лев услышал Славино дыхание так близко, словно они действительно лежали рядом.
