О небо, ну почему же я не пьян? Был бы я пьян, абсурд складывающейся на глазах ситуации даже не оцарапал бы края моего нежного, словно плоть улитки, и такого же уязвимого сознания. А так он алчно впился в меня своими клыками, и принялся высасывать из беспомощной души все соки, заменяя их на ядовитую клубящуюся черноту. Но сдаваться вот так просто, пусть бы и в трезвом состоянии, я был решительно не намерен, поэтому занял свободное место за столиком между оккультистомСаваофом и миловидной барышней Светой.
– Скажи пожалуйста,– вежливо осведомился Саваоф,– я могу почитать немного твою ауру?
– Будь так любезен, ни в чем себе не отказывай,– в тон ему ответил я, и с тоской уставился на барную стойку, у которой что-то заказывал Полпальца.
– О,– с уважением протянул оккультист спустя минуту,– а твоя нынешняя аватара вполне оригинальна! И вообще, у нас много общего!
– Какое странное место,– подала голос Света,– и народ тут странный… Хорошо, что я с друзьями, а то было бы скучно. А ты?
– Да, я тоже очень странный,– машинально ответил я, глядя, как Полпальца опрокидывает внутрь две рюмки текиллы.
– Я не об этом. Ты тут один? Или тоже с друзьями?
– С друзьями,– горестно подтвердил я, и только в этот момент спохватился, вспомнив о своей роли.
– А где они?
Я перевел взгляд с Полпальца на Толика, медленно проталкивающегося к танцполу, с Толика- на Февраля и Анатольича, продолжавших наращивать темп за своим столиком, с них- на актера в рясе, чье имя вылетело у меня из головы. Вот они, мои друзья. Все, как на подбор – орлы!
– А вон они сидят,– указал я на столик, за которым мирно потягивали какие-то пестрые безобидные коктейли трое мужиков более чем представительного вида, и, для достоверности, даже помахал им рукой.
– Может, они хотят пересесть к нам?
– Сомневаюсь. И вообще, они зашли не надолго.
Что ж, первый шаг сделан – солидные, цивилизованные друзья для Толика выбраны. Теперь пора переходить к шагу второму, то есть к облагораживанию образа самого Толика.
– А ты что, часто тут бываешь?– как бы невзначай осведомился я.
– Нет, сегодня первый раз.
– А почему выбрала именно это место?
– Да так…
– Может быть, хочешь чего-нибудь выпить?
– А что посоветуешь?
– Не знаю,– я с рассеянным видом пожал плечами,– вообще, я не пью.
Света удивлённо подняла брови, а я подумал, что не стоит делать из Толика совсем уже святого, и добавил:
– Почти.
И потом, ещё подумав:
– Пью только по праздникам. А сегодня не праздник. И вообще – завтра на работу.
– Зачем же тогда ты сюда пришел?
Черт возьми, вполне резонный вопрос. К счастью, ко мне внезапно обратился тот, что во всем белом, представившийся критиком Николаем, избавив меня от необходимости отвечать даме:
– Скажи, а ты какие книги читаешь?
– Всякие. Недавно "Войну и мир" перечитал- занимательное чтиво. Про Достоевского и говорить не буду.
Кошусь на Свету – да, акции Толика только что возросли ещё на несколько пунктов.
– А что думаешь насчёт Честертона?
Мне сразу вспомнился "Человек, который был четвергом"– единственный Честертоновский роман, который я читал, эдакий мистический детектив, но слишком уж задирать престиж Толика, знакомого даже с Анной Карениной лишь посредством недавно вышедшего на экраны сериала, было опасно.
– Честертон? Не знаю, не слышал.
После этого критик, кажется, потерял ко мне всякий интерес. Зато его место в беседе занял философ Виктор.
– Как тебе Фрейд?– спросил он, предварительно смахнув несуществующую пылинку с края своего пончо,– тебе не кажется, что его вклад в мировую философию несколько недооценен?
Какое отношение одержимый писюнами и вагинами шарлатан имеет к философии, я уточнять не стал, только подумал: "а ты у нас, значит, философ. Ну, ясно. Давить надо таких философов, как прыщи".
– Мне кажется, что философия нуждается во вкладе каждого, каким бы этот вклад ни был,– наугад брякнул я,– а о размерах вклада судить, увы, не нам.
Философ Виктор покивал с серьезной миной.
– Извините, я не на долго отлучусь,– сказал я, и, встав из-за стола, направился в сторону туалета.
По дороге в клозет я встретил Толика, несущего в обеих руках по кружке пива с очаровательными пенными шапками. Я без лишних прелюдий выхватил одну из кружек, в три глотка осушил ее до половины.
– Ты что творишь?– возмутился Толик.
– Я творю для тебя светлое будущее, болван.
– А что там у вас происходит?
– Общаемся. Не волнуйся, завтра новый год со своей избранницей встречать будешь, я уж постараюсь.
Навестив удобства, я вернулся к Свете. Предложил:
– Может быть, потанцуем?
– Под эту музыку?– возмутилась барышня,– ты шутишь?
В который раз я с тоской посмотрел на танцпол, где Полпальца уже пытался втереться в доверие к двум молоденьким девицам в интригующе коротких юбках.
– Шучу конечно. Я и сам, честно говоря, не в восторге…
– Вчера ко мне приходил Люцифер, и мы колдовали с ним всю ночь, – внезапно сообщил оккультистСаваоф,– вам всем будет интересно…
