Почти полночь полностью

Более того, этой ночью у него не хватало терпения выведывать у Брика его большие и важные секреты. Прямо сейчас он был слишком взвинчен морально, чтобы даже слушать этого ублюдка.

Он определённо был слишком взвинчен, чтобы пытаться отделить правду от его бесконечной лжи.

— Что я должен сказать Морли? — ровным голосом спросил Ник. — Я думал, у тебя какая-то сделка с Ч.Р.У.? Когда ты привлекаешь своих наёмников Белой Смерти для решения межвидовой проблемы, подобной этой, разве они обычно не смотрят в другую сторону?

— Да, у нас есть такая сделка, — сказал Брик, и его губы растянулись в слабой улыбке. — Ну… была. И я уже говорил тебе… мы этого не делали. Белая Смерть не причастна к этим убийствам, дитя моё. Я понятия не имею, кто убил данных конкретных людей.

В это Ник тоже не верил.

Он проигнорировал мнимо искренний взгляд своего прародителя, направленный в его сторону. Брик мог лгать более непробиваемо, чем кто-либо из тех, кого Ник когда-либо знал. Его способность изображать искренность была одной из самых опасных черт в нём.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что у вас с ними было соглашение? — спросил Ник. — С каких это пор у тебя с ними нет соглашения? Я думал, что Ч.Р.У. более чем счастливо позволить вам убивать фашистов Йи. Разве ты не говорил, что они дали вам молчаливое согласие на всё это, поскольку это избавляло их от необходимости разбираться с политическими последствиями ареста людей за разжигание расовых беспорядков?

— Ситуация изменилась, — бесстрастно заявил Брик.

— Что изменилось? — зарычал Ник. — Может, ты прекратишь, бл*дь, ходить вокруг да около?

— Я не хожу вокруг да около, отпрыск, — сказал Брик, теперь в его голосе звучало более чем лёгкое раздражение. — Если хочешь знать правду, я не совсем уверен, что изменилось, хотя я работаю над этим. На данный момент у меня есть только предположения относительно природы наших новых обстоятельств, а также их причин. Предположение, если быть точным…

— И что же это такое? — проворчал Ник, не обращая внимания на раздражение собеседника. — Что это за предположение? Ты собираешься мне сказать? Или мне следует ожидать, что я пробуду здесь, пока солнце не достигнет зенита?

После слов Ника снова воцарилось молчание.

Брик стоял там, скрестив руки на груди, излучая гнев.

Ник не был напуган, но ему пришло в голову, что его воинственность, скорее всего, лишь усугубляет ситуацию. Брик только усложнит ему задачу, если он не проявит должной благодарности или почтительности, или если ему покажется, что Ник не ловит каждое слово своего прародителя.

— Это визит вежливости, Наоко, — Брик уставился на него, приподняв бровь. — Знаешь, мне вообще не обязательно было приходить сюда.

— Тогда почему ты пришёл? — Ник ничего не мог с собой поделать.

Брик клацнул зубами.

— Потому что ты всё ещё мой отпрыск, — холодно ответил он. — Несмотря на твоё очевидное желание оставить меня в этом мире и твою бесконечную апатичность к тяжёлому положению нашей расы здесь. Я был вынужден озвучить предупреждение.

Ник моргнул. По какой-то причине он услышал в этих словах правду.

Возможно, это была настоящая правда.

Он также испытывал неподдельный гнев на своего прародителя.

Его раздражало, что у него не было возможности узнать, прав ли он в чём-либо.

— Я говорю тебе, — подчеркнул Брик. — Что-то изменилось.

Глава 11. Очевидец

Старший вампир многозначительно уставился на Ника.

В конце концов, Ник оказался тем, кто наконец раскололся.

— И это всё? — прорычал Ник. — И это всё, что я получу? Что это за грёбаное «предупреждение»? Что я вообще должен с этим делать?

Брик уже качал своей рыжевато-каштановой головой. Он прищёлкнул языком, глядя на Ника — почти как видящий, но не совсем. Он драматично закатил глаза.

— Ник, мой дорогой, сложный, самый драматичный и бесконечно несговорчивый ребёнок, — растягивая слова, произнёс старший вампир, и в его голосе слышался намёк на старую Луизиану. — Послушай меня внимательно. На твоём месте я был бы очень, очень осторожен с Ларой Сен-Мартен.

Брик фыркнул и снова потянул себя за воротник.

— Я не знаю, что она тебе наговорила, но сильно подозреваю, что именно она стоит за всем этим.

— Чем — всем этим? — Ник уставился на него в ответ. — Этим «изменением»? Тем, которое ты, чёрт возьми, всё ещё не хочешь мне объяснить? Ты думаешь, что причина этого в ней?

— Да, — холодно ответил Брик. — Я так думаю.

— Но ты не скажешь мне, что это? — настаивал Ник.

Брик издал ещё один драматический вздох.

— Это не что-то одно, отпрыск. Это много вещей. В воздухе витает другой аромат, если тебе так будет угодно, — Брик спокойно посмотрел Нику в глаза. — Я не знаю, что она сказала тебе после этого последнего инцидента, но я бы с большой долей скептицизма отнёсся к любым обещаниям или заверениям, которые она тебе даёт. Если она пытается убедить тебя, что «всё нормально», «всё хорошо» и что «всё вернётся на круги своя», я бы определённо не стал доверять этим словам… или чему-либо ещё, исходящему от неё.

Ник сжал челюсти.