Почти полночь полностью

— Как долго? — спросил Ник.

— Больше ста лет.

Ник кивнул, его челюсти все ещё была болезненно сжаты.

— И сколько из этого времени прошло с нарушением условий нашего первоначального соглашения, Брик? — кисло спросил он. — Поскольку я не помню, чтобы заключал с тобой эту сделку, могу только предположить, что я не помнил об этом и тогда?

Брик пожал плечами, как будто это различие его не слишком интересовало.

— Ты оставался со мной до конца своего контракта, и когда он закончился, я тебя освободил, — сказал он. Голос Брика стал немного мрачнее, и в нём слышалось заметно больше жестокости. — И да. К тому времени ты полностью забыл о контракте из-за работы, которую мы проделали над твоей памятью. Я сказал тебе, когда ты оказался свободен от обязательств передо мной. Это моя вина, что ты решил остаться ещё на несколько десятилетий?

— Десятилетий, — Ник неподвижно уставился в тёмное пространство под лестницей. — Понятно.

— Я мог бы сказать тебе, что ты заключил со мной контракт на всю жизнь, Наоко, — холодно предупредил Брик. — Я мог бы с таким же успехом оставить тебя навсегда, и ты бы ничего не узнал. Вместо этого я сообщил тебе, когда контракт между нами был выполнен. Я позволил тебе решить, когда уйти. И я не остановил тебя, когда ты настоял на своём желании. Я отпустил тебя добровольно. Был ли я в восторге, когда ты сообщил мне, что решил вернуться в мир людей?..

Его губы скривились в отвращении.

— Я не был в восторге, — отрезал он. — …И всё же я не вмешивался.

Хрустальные глаза Брика вспыхнули алым, когда он уставился на своё потомство.

— Честно говоря, теперь я иногда воспринимаю это как ошибку, — признался старший вампир. — Но тогда я не сделал ничего предосудительного. Я не встал у тебя на пути, когда ты решил покинуть наш защитный анклав. Я не мешал тебе стать Миднайтом. И я не пытался вмешиваться, когда ты переехал в Охраняемую Мексико-Калифорнийскую Зону, чтобы работать в полиции Лос-Анджелеса, — его губы снова скривились. — Я даже почти не трогал тебя с тех пор, как ты вернулся сюда, в Нью-Йорк. В конце концов, именно ты пришёл ко мне здесь, питомец. Как ты обычно и делаешь.

Ник почувствовал, как его челюсти напряглись от этого замечания, но он промолчал.

Брик прав.

Он сам отправился к своему отцу.

Ник не раз обращался к Брику за информацией и даже за помощью.

Брик, по крайней мере, внешне, оставил его в покое.

И всё же Ник не мог заставить себя почувствовать благодарность.

— И как мы очутились здесь? — Ник изучал лицо своего прародителя, скрестив руки на груди. — Не было никакой «миссии» в Южной Америке. Ведь так? Та история, которую ты мне рассказал, о пещере в Южной Америке, о том, как мы с тобой «случайно провалились» во время какой-то операции с Блэком и Мири? Всё это неправда. На самом деле всё было не так, не так ли?

Брик фыркнул.

Он снова суетливо поправил один из рукавов.

— Нет, — согласился он.

— Как это случилось, Брик? — спросил Ник слегка холоднее.

Брик поднял взгляд, его красные глаза стали пронизывающими.

— Я думал, это и было целью вашего с Ларой небольшого проекта? Выяснить это самостоятельно? Зачем тебе спрашивать меня, если ты уже недвусмысленно сказал, что тебе не нужна моя помощь? Когда ты так явно не веришь ни единому моему слову? Даже когда я пытаюсь защитить тебя?

Ник нахмурился.

И снова он не мог не согласиться ни с одним из слов Брика.

Зачем ему спрашивать своего прародителя?

Почему он не отнёсся к предупреждению Брика насчёт Лары более серьёзно?

Ник, конечно, тоже не доверял Ларе. Если бы ему пришлось выбирать между ними, он доверял бы ей ещё меньше, чем Брику, и это о чём-то да говорило.

Однако Брик был прав и в том, что Ник не хотел, чтобы его прародитель помогал ему восстановить воспоминания. Он не мог верить ни единому слову старшего вампира, как бы убедительно это ни звучало.

С Ларой, по крайней мере, у него была Тай.

И Малек.

И, возможно, как и у Брика, у Лары были свои причины желать, чтобы Ник вспомнил это.

— Я оставлю тебе кое-что из наших общих воспоминаний, отпрыск, — внезапно сказал Брик резким голосом. — Если ты позволишь мне поделиться?

Ник с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза.

Бл*дский Брик.

Даже если бы его прародитель соизволил поделиться с ним каким-то скудным кусочком правды, Ник не смог бы сказать, что из этого на самом деле являлось правдой, не говоря уже о том, как это было искажено, чтобы соответствовать какому-то другому повествованию или эмоциональному импульсу.

Тем не менее, любопытство было адским наркотиком.

— Как скажешь, — раздражённо бросил Ник. — Конечно. Ладно. Расскажи мне.

Полные губы Брика растянулись в кривой, не внушающей доверия улыбке.

— Мы пришли не все одновременно.

Ник моргнул и нахмурился.

— Что?

Брик нетерпеливо выдохнул.

— Мы. Пришли. Не. Все. Одновременно, — проговорил он.

Ник нахмурился, вглядываясь в тёмное пространство под лестницей.

Когда он снова сфокусировал взгляд, тот участок тени, где стоял его прародитель, уже был пуст. Брик исчез.