Почти полночь полностью

Тем не менее, он мысленно вернулся к тому, что было, и рассказал, как всё это происходило, по крайней мере, те части, которые он понимал, те части, которые по-прежнему казались правдивыми после стольких лет.

Ник ударил ногой по камню.

Они с Бриком исчезли в портале.

Брик крепко прижимал его к груди.

Ник видел яркие звёзды, сверкающие кометы, туманности, взрывающиеся планеты. Он видел себя несущимся сквозь эту тьму, словно подталкиваемый невидимой рукой.

В какой-то момент Брика оторвало от него.

Брик был отделён от него, пока Ник нёсся в пространстве.

Ник видел, как он уходил, как дуга света пронеслась в другом направлении сквозь чернильную тьму, вызванная каким-то резонансом или возмущением в другой части плетения. Тогда Ник ясно почувствовал, что их пути должны были разойтись, что они не были одинаковыми, не соответствовали одной и той же частоте или песне.

Это небо состояло из света, песни, частоты, и в этом пространстве подобное взывало к подобному. То, что было другим, не могло быть перенесено в одно и то же место и время.

Ник чувствовал правильность этого.

Он чувствовал правильность того, куда он, Ник, направлялся.

Он чувствовал переплетение времени и пространства и понимал, что в этом есть своя правда, своя логика.

Он пытался объяснить это и Даледжему на протяжении многих лет.

Отчасти именно это успокоило его в том, где они оба оказались.

Он объяснил ему это в ту первую ночь, когда они растянулись под звёздами, совсем как сейчас, и Ник отдал Джему своё длинное пальто, чтобы согреть его, и свои перчатки, и даже шляпу, которую он ранее затолкал в карман, а сам Ник растянулся рядом со своим супругом безо всего, не нуждаясь в этом со своей вампирской кровью и кожей.

В конце концов, после этих ярких огней и темноты Ник оказался здесь.

Вскоре после этого Даледжем присоединился к нему в этом месте и в это время.

Больше никто не последовал за ними.

Даже спустя все эти годы никто больше не присоединился к ним в этом месте.

Однако Джему и Нику было интересно, последовал ли кто-нибудь ещё за ними через портал. Пытались ли они найти их, но безуспешно?

Ник надеялся, вслух и про себя, что они этого не сделали.

Он очень, очень на это надеялся.

Эгоистично, но если он не мог заполучить их здесь, он предпочитал думать о том, что они остались в его родном мире, ждут его, как он ждал их.

В то же время, оглядываясь на свою жизнь здесь, он задавался вопросом, действительно ли для них было бы так плохо, если бы они последовали за ним.

Возможно, они оказались бы в месте, которое питало бы их так же хорошо.

Возможно, они были бы даже счастливее.

В конце концов, Ник не жаловался на эту странную жизнь, которую ему дали.

Его жизнь была хорошей.

Gaos, его жизнь была очень, очень хорошей.

Глава 2. Настоящее

Ник моргнул и покачал головой.

Он уставился в клубящийся туман портала и попытался сфокусировать взгляд.

Откуда это взялось?

Что это вообще было?

Это воспоминание? Фантазия?

Портал каким-то образом предупреждал его?

Или то, что он был так близок к межпространственному отверстию, прорванному в ткани этого мира, каким-то образом привело к тому, что потоки пересеклись? Вспоминая о том, что он забыл, о чём, по словам всех, он очень старался забыть?

Ник стоял, на мгновение парализованный, и его белая как мел вампирская рука была протянута к двери портала. Он задался вопросом, как надолго он застыл в таком положении. Неужели всё это промелькнуло у него в голове за секунды? Минуты? Дольше?

Должно быть, прошло несколько секунд, поскольку никто вокруг него, казалось, этого не заметил.

Ну, по крайней мере, никто позади него, по-видимому, этого не заметил.

Поскольку Ник стоял между ними всеми и порталом, а впереди него было только изменяющееся и бурлящее отверстие в склоне горы, это относилось ко всем.

Все стояли позади него.

Каждый из них ждал, когда он пройдёт.

Даже сейчас каждый из них затаил дыхание и ждал, что произойдёт, когда он переступит этот порог.

Так почему же Ник колебался? Что заставило его остановиться, учитывая то, что они все решили? Он предвкушал прохождение через портал, не так ли? Ник чувствовал, что какая-то часть его самого всё ещё была взволнована, не только перспективой возвращения в свой родной мир, где все, кого он знал, скорее всего, давно умерли, но и перспективой жить в месте, где он всё ещё может быть свободен, где он, возможно, не будет порабощён, где он сможет жениться на своей девушке, и они смогут купить дом и жить гораздо более обычной и анонимной жизнью.

Так что же заставляло его колебаться?

Уже решено, что Ник пойдёт первым.

Ну, официально никто не «решал», что он это сделает. Никто даже не говорил об этом, по крайней мере, не в таких выражениях… Если подумать, это вообще ни в каких выражениях не оговаривалось.

Просто было понятно, что Ник пойдёт первым.

Он был бы первым из их группы, кто прошёл бы через это светящееся отверстие и окунул бы их во все его пугающие и чудесные возможности.

Все они чувствовали себя немного пьяными.