После этого я долго думала над тем, как бы осмотреться и решила накрывать себя одеялом, чтобы по камерам не было ясно, что я снимала повязку.
В самый первый раз делать это было трудно. Вернее, страшно. Я боялась, что даже несмотря на мое ухищрение будет ясно, что я снимала повязку. Или то, что не смогу правильно надеть её обратно.
Но, стиснув зубы, я под одеялом все же приподняла её край и осторожно посмотрела на комнату.
Она была огромной. С тремя окнами и даже с камином. Мебели минимум, но та, которая имелась, была из массивного дерева. Явно дорогая. Но, главное, что я для себя подметила — я находилась на втором этаже.
К сожалению, толком и не видела того, что находилось за окном. Лишь понимала, что там высокие деревья. А еще то, что я навряд ли смогу так убежать. Попытаюсь полезть в окно и меня тут же поймают.
Но…. Ванная комната. Когда я мылась, естественно, повязку снимали, вот только в комнате оставалась горничная. Почему? Я сделала вывод, что это как раз по той причине, что там не имелось камер.
Подобное не особо спасало. Когда меня отводили в душ, уже был поздний вечер и свет в комнате не включали. Разницы от периода, когда я находилась в повязке особо не было.
Но всё же я в итоге именно над этим вариантом стала думать и, когда меня в следующий раз отвели мыться, я долго всматривалась в сторону правой стены. Там что-то было. Ещё давно я предположила, что это может быть занавеска. В темноте толком не разберешься, но, выходя из душевой кабинки, я сделала вид, что потерялась в полном мраке и пошла в ту сторону. Горничная достаточно быстро меня перехватила, но все же я пальцами успела коснуться ткани. Даже немного колыхнуть её, понимая, что там действительно было окно. К сожалению, уже его я не рассмотрела. Лишь, через миллиметры появившейся щели, уловила свет садовых фонарей.
Это уже хорошо. Нет камер, но есть окно. Из минусов — это второй этаж и неизвестно открывается ли это окно. Если буду его разбивать, на шум точно сбегутся. Да и что делать с горничной, которая всегда присутствовала со мной в комнате?
Я долго думала над этим. Еще дольше решалась и в итоге поняла, что другого выбора нет. Буду пытаться убежать через ванную. На следующий день.
***
Ночь ожидаемо прошла без сна. Более того, возможно, я ранее никогда не нервничала настолько сильно, как сейчас
Возможно, это и к лучшему. Врач сказала, что нервозность это одна из причин, по которой я до сих пор не пробудилась. А как раз сейчас вообще не самое лучшее время окончательно становиться омегой.
Весь день тянулся, как чертова вечность. Я старалась делать вид, что расслабленная и с трудом удерживалась, чтобы ни разу не спросить о том, скоро ли идти в душ.
Лежа на кровати и слушая телевизор, я поняла, что начались вечерние новости. Отлично. Значит, максимум через полчаса меня отведут в душ.
И я уже практически полностью сроднилась с мыслью о побеге. Заставляла себя не сомневаться, но, когда дверь открылась и я, уловив холод, скользнувший по коже острыми иглами, осознала, что в комнату вошел Браун, мои нервы полоснуло острием ножа. Настолько мощно, что я даже дышать перестала.
Почему он пришел именно сейчас?
А я, как на зло не успела лечь на кровати и притвориться спящей.
Мужчина молча прошел к креслу и привычно сел в него. И уже теперь тяжесть и жесткость исходящие от него, за считанные мгновения пропитывали воздух. Делали комнату похожую на ад.
Уже теперь я первой не начинала разговор и некоторое время мы молчали, в то время, как атмосфера в комнате становилась еще более давящей.
— Боишься меня?
Я вздрогнула от этого вопроса, но стараясь расслабиться, солгала:
— Нет.
Даже с повязкой на глазах я ощутила то, как взгляд мужчина обжег.
— Хочешь выйти на прогулку в сад?
У меня по коже скользнули мурашки и я отрицательно качнула головой:
— Нет. Прошлая наша прогулка закончилась не совсем удачно, — я старалась подбирать слова. Особенно, учитывая то, что мне нельзя выглядеть подозрительной, но явно получилось паршиво.
— Обещаю, что в этот раз тебя не трону, — в голосе мужчины было что-то такое, от чего почему-то я не могла усомниться в его словах. Но, в тот же момент стало еще более тревожно. И, несмотря на то, что я понимала — делать этого не стоит, все же спросила:
— Почему вы меня поцеловали?
— Потому, что захотел этого.
Кожу обожгло и я, не дыша застыла. В этот момент по телевизору все так же шли новости. Говорилось о том, что пропал крупный предприниматель — Донаван Милер.
Почему-то мне показалось, что Браун обратил внимание на телевизор.
— Судя по всему, Даран разобрался с заказчиком раньше меня, — эти слова были произнесены будто невзначай, а я, услышав фамилию Картера, тут же приподнялась на локтях. Тем более, меня ошпарило от этого «заказчик».
— Вы только что сказали, про заказчика. Это… касается меня?
— Да. Даран искал тебя, но я не думал, что он раньше меня выйдет на Милера.
Я встревожено села. Понятия не имела, кто этот Милер. Но ведь у Кели такая же фамилия.
— А этот человек связан с Кели Милер?
